‒ Одну минутку! ‒ крикнула, высунувшись из-за занавески, хозяйка кафе. ‒ Если хотите, можете посидеть на улице, я туда вам вынесу.
‒ А точно, интересно, ‒ сказал Сенечка и первым пошел наружу.
Мы уселись за столиком. Я с удовольствием смотрел на моих спутников. Удивительно, как легко люди привыкают к хорошему. Мы сидели, словно благополучная семья из какой-то нечитанной мною книжки. Светило мягкое солнце, улица, замощенная ровной, хорошо подобранной брусчаткой, была такой чистой, словно пол в доме. Недаром же все, кто слышал о Счастливом городе, мечтают в него попасть.
По улице изредка проходили люди, некоторые раскланивались с нами. Были они старомодны и казались актерами из старинной пьесы.
‒ Интересно, ‒ произнес Сенечка, ‒ а до спонсоров все люди так жили?
‒ По-разному, ‒ сказала Ирка. Я понял, что и она толком не знает, как жили люди.
Из двери вышла с подносом хозяйка кафе.
Она поставила посреди нашего стола большую сковороду с яичницей, расставила тарелки и разложила вилки и ножи. Она собиралась уйти, но тут увидела, как Сеня уже старается подцепить вилкой край яичницы.
Вдруг милая женщина густо покраснела и прошептала:
‒ Вы с ума сошли! Не трогайте! Не смейте!
Удивленный Сенечка спрятал руки под стол, решив, что женщину испугали его перепонки. Но причина ее волнения заключалась в другом.
Женщина удивленно взмахнула пухлыми ручками:
‒ Вы что, первый раз в ресторане?
‒ Чем мальчик вас рассердил? ‒ спросил я.
‒ Куда он вилкой тычет, а? Он что, копию захотел испакостить? А где я новую достану, я вас спрашиваю? Меня же без копий закроют!
‒ А что же нам есть? ‒ спросила Ирка.
‒ Сейчас я хлеб принесу, ‒ ответила пухлая дамочка. ‒ А если кто голодный, то могу чаю дать, с овсянкой. От меня голодными не уйдете, не то что из «Савоя». Там только копии, вы представляете!
Я протянул руку и потрогал яичницу. Яичница была холодной и скользкой. Она была сделана из пластика.
‒ Но зачем вы нас обманываете? ‒ удивился я. ‒ Ведь вы же деньги все равно за яичницу возьмете?
‒ Не за поросенка же брать! Я вам его не носила.