‒ Я только окунуться… я сразу назад… я не думал, я больше не буду, ‒ бормотал малыш. Мне стало жалко его. Ирка увидела, что моя рука движется к его головке, чтобы погладить, и в мгновение ока ринулась вперед и дернула меня за руку.

‒ Не смей, ‒ шепотом закричала она. ‒ Если я делаю ребенку реприманд, то ты, Ланселот, будь любезен, потерпи, не вмешивайся, как бабуся, в педагогический процесс! Песталоцци проклятый!

Мы с Сенечкой рты открыли ‒ оказывается, Ирка знает такие ученые слова!

‒ Пошли отсюда, ‒ приказала она, ‒ рыболовы нас уже запомнили. Кто-нибудь обязательно сбегает и настучит.

Мы с Сенечкой покорно и виновато пошли за Иркой вверх по зеленому склону. Было жарко, хоть день еще не дошел до половины. Легкие кучевые облака таяли, приближаясь к солнцу, будто оно высушивало их.

Мы поднялись обратно к пустым складам и там остановились, разглядывая башню.

Более всего она была похожа на бетонный пень. Диаметром он достигал метров ста, высотой ‒ более того. В верхней части гладких стен были видны узкие окна-бойницы, а верх был увенчан зубцами.

Пень уходил в воду ‒ темную, быстро текущую речку, шириной как улица, на которой свободно могут разъехаться четыре автомобиля. Мне показалось странным, что в речке такое быстрое течение, ведь на плане она представляла собой замкнутое кольцо ‒ ров. Я понимал, что нам придется преодолеть эту водную преграду, но как это сделать, я не представлял. Тем более непонятно было, что же делать потом: на стометровую бетонную стену вскарабкаться невозможно.

Тут же обнаружилось еще одно препятствие.

Один из рыболовов привстал, и я увидел, что поплавок, оттянутый до отказа течением направо, ушел под воду, а рыболов подсек и потянул добычу к себе. Серебряная рыбка показалась над водой ‒ но в тот же момент из воды высунулась страшная морда, заканчивавшаяся острым хищным клювом. Открылся большой рот ‒ чудовище схватило рыбку и проглотило ее вместе с крючком и наживкой. Рыболовы дружно ахнули и сбежались к пострадавшему товарищу выразить сочувствие. Но они никак не были удивлены происшедшим ‒ видно, они знали, что во рве водятся такие чудовища. У меня похолодело сердце: я представил себе, как мы войдем ночью в эту воду и как чудовища сожрут Ирку и Сенечку. О себе я не подумал.

‒ Что это? ‒ спросил Сенечка. ‒ Я никогда не видел.

‒ И я не видел, ‒ сказал я. ‒ Но я думаю, что ночью они спят.

‒ Только без паники, ‒ сердито сказала Ирка, ‒ вы уже готовы убежать назад.

‒ Никто никуда не бежит, ‒ сказал я.

‒ Ползун с ними расправится как с котятами, ‒ сказала Ирка.