И я подорвусь.

Жжения еще нет, но я успел слишком тесно познакомиться с возможностями рунической магии, чтобы не верить в ее эффективность.

— Ну, и? Где результат? Или ты ничего не понял? — устав ждать, крысолюд достал из инвентаря артефактный бич. Его конец разделялся на множество отдельных лоскутов, в вершине которых крепилось по крошечному кусочку металла. И пусть после преображения из крысы в крысолюда, он стал многим крупнее, размер артефактов остался все тот же. И вместо орудия наказания, в его руке оказалось нечто, больше напоминающее собой плетеный браслет, способный вызвать разве что смех, но никак не трепет и ужас... — Продолжаешь ржать? Ну так я тебе сейчас доходчиво объясню, что только у сильных есть право веселиться. Всем остальным полагается из кожи вон лезть, выполняя полученные команды.

Поняв, что прогадал с бичом, крысолюд достал из инвентаря кинжал, отдаленно напоминающий двуручный меч. Сильно укороченный двуручный меч...

— Ничего не понял? Вот тут ты сильно ошибаешься, — я вывалил из инвентаря серебряный колокол, заставляя его звон разноситься по всему кратеру. И опираясь на лишающий способностей артефакт, с улыбкой посмотрел на крысолюда. — Я понял даже больше, чем хотелось бы. И начнем с того, что мне совершенно не понравилось выслушивать всяких ублюдков и уж тем более исполнять их приказы. — Беня! Раз**и его!

Глава 37 Эпилог 1

Глава 37 Эпилог 1

-Елизавета, в сердце земель зверолюдов-

Бистгард — крупнейший и единственный уцелевший город империи зверолюдов. Если его вообще уместно так называть. Здесь нет крепостных стен, сторожевых башен или иных оборонительных сооружений. Одна лишь уходящая в бесконечность скала черного камня, пропитанного до самого основания духовной силой. По ее краю от подошвы горы, где все еще виднелась редкая зеленая поросль, до черной, уходящей в небеса вершины, шла широкая, неестественно ровная, закрученная дорога. Говорят, ее построили еще во времена первых правителей, не используя ни когтей, ни инструментов. Это творение одной лишь духовной силы, такое же как и вся черная скала, позднее прозванная Эфирным Шпилем. И служило оно одной единственной цели — стать символом величия народа зверолюдов.

Символом, что превратился в темницу.

Потому как тысячи зверолюдов прикованы к нему собственной природой, звериной натурой, берущей верх над разумом, едва в теле упадет насыщение духовной силой.

Но даже с таким недугом они жили и развивались, возводили цивилизацию и развивали культуру. Вот только успехи соседей не могли вечно оставаться без внимания? И зверолюды свое получили сполна. На них не шли войной, не случалось и катаклизмов в их землях. Зверолюдов настигла тень собственных достижений, зародившая в людских сердцах зависть.