Однако увлеченный рассказами эльф этого вовсе не замечал. Возможно, друг ему действительно важен, но разве можно отвлекаться посреди рассказа? И, судя по горящему в глазах энтузиазму, явно не последнему...
На счастье эльфа и крысолюда, я всегда отличался честностью и порядочностью, потому не мог позволить бедному тушканчику-переростку и дальше страдать. И пусть слова и жесты мне недоступны из ледяной темницы, я не сдамся и помогу сохранить дружбу...
*Старается сдержать слезы*
... об исключительности которой успел прослушать на два десятка абсолютно неодинаковых и уникальных историй больше чем хотелось бы.
Лишенный возможности напрямую повлиять на окружающий мир и поддержки со стороны не-хочу-знать-чем-занимающегося растения, я использовал свою единственный шанс — выпустил из инвентаря кислоту точно за пределами ледяной темницы. Однако никто не отменял сковывающего тело мороза. И вместо нескольких струй, заливающих проклятые картины эльфа, на землю прямо у моих ног упали кислотные сосульки.
Подобное поведение заставило эльфа прервать рассказ и спешно одернуть в сторону полотна. И хоть в глазах его при этом горело праведное пламя, едва он увидел движения со стороны крысолюда, как гнев сменила милость.
В ту же секунда все картины исчезли, и эльф подскочил к своему другу.
— Пи-пи-пи-дурок, ты хоть представляешь, на что подписался? — крыс попытался подняться, но лишенный конечностей на левой половине тела, не смог удержать равновесия и опрокинулся обратно на алтарь. — Не мог подождать пару суток? Ситуация была под полным моим контролем.
Я же был искренне благодарен крысу просто за то, что он остался в живых. Раньше, я и помыслить не мог, что смогу испытывать подобное сострадание к врагу, которого еще до недавнего старался убить, но сейчас...
... сейчас я готов желать ему долгих лет жизни и крепкого здоровья, лишь бы больше не слышать этого гребаного эльфа. Его монотонные речи капали мне на мозги, стачивая и без того больной разум, как вода точит камень. Без возможности дать ответ или прервать поток слов, я словно оказался на пыточном кресле. И пусть экзекуция по факту длилась не так уж и долго, последствия от возвращения Сущности с лихвой нехватку времени...
Словно в моей голове возвели полигон, на котором пятилетний норматив был закрыт в четыре минуты...
И пока я старался привести мысли в кашу, а кашу в тарелку, сосредотачивая ее комочки на чем-то конкретном, эльф продолжал беседу со старым другом.
— Ты так говорил и в прошлый раз... и в позапрошлый... и в позапозапрошлый. И к чему это привело? —