Он колотил в дверь что есть силы, но интересы государства тут были ни при чем — сейчас он стал воплощением Монтекки, в двух шагах от которого бесчестят Джульетту. Но когда купе наконец открыли, то за горой пакетов его глазам предстала картинка, каких он не встречал в самых скабрезных мужских журналах, конфискованных при досмотрах. В его память навечно врезались беззащитные коленки, словно валуном придавленные голой мужской задницей. Он бросился на обладателя этой задницы, забыв о подставке со штемпелями, висящей у него на животе. Подставка от столкновения треснула. Влк завопил. Напрягая мышцы ягодиц, чтобы выдержать удары кулаков таможенника, он собрался с силами и начал действовать.

— Вызовите, — пророкотал он своим низким голосом, — Доктора!

Вызвали, разумеется, местного врача — как только усмирили таможенника. Пока врач добирался, их вытащили из поезда. Эти полчаса были самыми мучительными в жизни Влка, и он восхищался Лизинкой — она сумела сохранить равнодушный вид, пока их безуспешно пытались перекантовать в коридор. Они были по-прежнему соединены, поэтому их надо было транспортировать вместе на одних носилках, которые двум мужчинам — а больше к ним подобраться никому не удалось бы, — конечно же, не поднять. Наконец нашли выход: их выгрузили на перрон через окно. Несмотря на то что кругом были люди, которые перешагивали через них, пролезали под ними, поднимали их, опускали, переговаривались, обсуждая, что делать дальше, эта фантастическая ситуация приобрела для них особую, интимную окраску. Когда их наконец прикрыли — не нашлось ничего, кроме комплекта государственных флагов, из них выбрали флаг какого-то нейтрального государства, — к Влку вернулась его обычная самоуверенность, и он шепнул Лизинке, что все будет хорошо.

Слова его сбылись. Врач в форме лейтенанта погранвойск, правда, оказался ветеринаром-резервистом, но, наверное, именно благодаря этому взялся за дело с правильного конца. Он не стал вызывать ни «скорую», ни хирурга, а просто задал им пару вопросов, после чего уверенно сказал:

— Лежите спокойно. Скоро развяжетесь.

Он объяснил им, что это явление, хоть и редкое у людей, часто встречается при случке у многих млекопитающих. Избыточный прилив крови к половым органам — особенно если один из них никогда прежде не функционировал, а второй — долгое время был без употребления, вызывает у женщины сокращение влагалища, а у мужчины — набухание головки члена. Все равно что пытаться отделить друг от друга детали разогретой курительной трубки. Влк поверил ему, но опасался, как бы за это время кто-нибудь не раздул из мухи слона.