– Я ни на что не согласился, моя дорогая. А что касается нашего разговора, то он был чисто гипотетическим. Ты же слышала, что сказала наша юная наследница престола.

Ани пнула камень, и он угодил в голень какого-то прохожего. Раздался возмущенный вопль, но увидев, насколько большая и злобная его обидчица, человек извинился и, хромая, поплелся прочь.

– И все-таки… – буркнула она. – Ты ее не знаешь. Чем они богаче, тем больше им пришлось хитрить, чтобы подняться наверх. А она богаче всех, кроме императора.

– Намерения культа Сеша нам тоже неизвестны, и все-таки мы заключили с ним соглашение.

– А теперь ты работаешь вместе с ней против него. Слишком много людей в одной постели.

Темса расхохотался.

– Дорогая, чем старше я становлюсь, тем сильнее убеждаюсь в том, что слишком много людей в одной постели не бывает. Лишних всегда можно прогнать. Опасаться нужно того, что тебя выгонят из чужих постелей. С культом Сеша я разберусь.

– А принцесса? Думаешь, ты справишься не только с сестрами, но и с ней? Босс, ты между молотом и наковальней.

– И тем не менее сейчас я нахожусь в уникальном положении, благодаря чему могу держать их на почтительном расстоянии. Они ничего и не поймут, если только я сам этого не захочу. Мне просто нужно узнать, к чему они стремятся. Вряд ли это только власть. Одной лишь власти таким людям мало.

– Людям, которые хотят получить титулы? Ты вроде тоже внезапно начал о них мечтать.

– Проклятье… – протянул Темса, поглаживая бороду. – Ани, неужели я допустил еще одну ошибку?

– Мы всегда работали в сумраке, – зарычала она. – Так лучше.

– Ну так полируй свои топоры, потому что скоро мы выйдем на свет. Получим одобрение, поддержку, будем действовать по закону. Я же говорил: никаких больше переулков, мелких банков. Мы перестанем прятать монеты в погребах, будем брать что хотим, а затем улыбаться всем на балах.

Ани просто покачала головой; она, очевидно, думала, что все это слишком. Темса махнул на нее рукой. Рано или поздно она все поймет – когда будет купаться в деньгах и в топорах. Богатство ее умаслит. Рано или поздно она прозреет.

– А ты, Даниб? Тоже думаешь, что я совершил ошибку?

Могучий призрак просто пожал плечами. Темса не понял, что означает этот жест, но он точно не был связан с волнением или гордостью – чувствами, которые сейчас испытывал сам Темса.

– Давайте не будем радоваться все вместе, а? Я хочу насладиться сегодняшним успехом в одиночку.

Одним движением руки он закрыл окна занавесками. Сияние Даниба все равно пробивалось через тонкую ткань – так же, как и запахи пота и масла, которым Ани смазывала доспехи. По крайней мере, теперь Темса не видел своих угрюмых телохранителей.