Ист молчал, не зная, что ответить.

— И ещё я бы хотела поинтересоваться у тебя, — продолжала Амрита, не глядя на Иста. — Предположим, ты сумел победить. Не знаю, как это возможно, но предположим. Однако всех богов ты при этом не уничтожишь. Ведь останешься ты, а ты тоже бог. И если, как ты только что выразился, боги — это мерзость, то подумай, насколько гнусен будет единственный бог: всемогущий, вездесущий и всеведущий. Самим фактом своего существования он растопчет людей, превратив их в ничто. Сейчас тебе приходится считаться с нами. Богов незачем стыдиться, все мы давно забыли, что значит стыд. Но считаться с нами тебе приходится. А тогда ты и сам не заметишь, как перешагнёшь все границы дозволенного. То есть я, конечно, неправильно выразилась. Ты не заметишь, как перешагнёшь то, что сегодня считаешь границами дозволенного. Ты пока молод, даже по людским меркам, ты ещё не достиг старости. Люди кажутся тебе более ценными, чем подёнки или мотыльки. Но когда ты проживёшь хотя бы тысячу лет, ты поймёшь, что это точно такие же эфемериды. Ведь ты не мстишь мне, когда я вывожу термитов из своего дома. А меня не интересует, как ты обходишься со шпанской мушкой и другими кровососами, что встречаются в твоих краях. Почему же ты счёл себя вправе мстить за людей?

— Потому, что они люди.

— Но ты-то не человек! Давай ты отложишь свою месть хотя бы лет на полтораста. Думаю, этого ничтожного срока хватит, чтобы ты сам начал смеяться над своей сегодняшней закоснелостью. Я не хочу, чтобы ты погибал. Люди — это ничто, а нас так мало. Тебя убьют, и мне будет не с кем даже поговорить по-человечески.

— По-человечески?.. — переспросил Ист.

Амрита улыбнулась, не Исту, а самой себе.

— Вот именно, по-человечески. Может быть, это и неправда, но сказано искренне. Иначе здесь невозможно. Ну так как, договорились?

Ист покачал головой.

— Что ж. — Амрита сразу стала серьёзной. — Могу я хотя бы узнать, что именно послужило причиной такой ненависти? Тебе показались отвратительными человеческие жертвоприношения в храме Кибелы? Так ведь в капищах Басейна, особенно на западном материке, крови льётся куда как больше. Или тебе не понравились любовные ритуалы жителей Сенны? Хотя с храмом девственных блудниц ты как-то миришься… Что тебя возмутило? Может быть, я могу исправить это?

Ист, не открывая рта, вторично покачал головой.

— Я вижу, ты уже всё решил, — печально молвила богиня. — Зачем в таком случае ты согласился встретиться со мной?

— Я хотел посмотреть, какова ты без грима. — Голос Иста был совершенно серьёзен.