— Слышь, полковник, тебе сигареты в магазине уже без паспорта дают? — уточнил Фриц.

А я утвердительно кивнул.

— Что-то ты слишком молодой для полковника.

— Империя требует жертв! Каждый подданный Императора должен выполнить свой долг!

— И умереть? — уточнил я.

— Если придётся, то да, — ударил себя в грудь молодой вербовщик.

— Слышь, а ты случаем не комиссар? — уточнил у него Фриц.

— Нет, комиссара убили, — сказал он. — От него методички остались. Я вот, что успел, выучил.

Он осторожно посмотрел на моего друга.

— А хотите, будете у нас комиссаром. Я вижу, что вы очень начитаны, — он обернулся, увидев подползающее облако. — Только поторопитесь! Иначе мы все умрём и у полка не будет ни полковника, ни комиссара.

Я почесал затылок.

— Ла Виста, сделай что-нибудь.

— Как трахать, так я женат, — пробурчала Ла Виста. — А как сделать что-то, так Ла Виста.

— Давай не бурчи, тебе зачтётся, — хмыкнул я.

— Когда это? — навострила уши Ла Виста.

— Когда-нибудь, — сказал я. — Может в следующей жизни, — увидев её неудовлетворение, я добавил: — А может и раньше.

— Ладно, — Ла Виста взлетела и часто-часто заработала крыльями, создавая поток воздуха, который собрал все эти облака ядовитого газа, и они плавно потекли через короткую нейтральную полосу, заполнив окопы вероятного противника.

Теперь кашель и маты понеслись оттуда.

— Ого! — сказал полковник Пупкин, высунувшись за бруствер. — Вот это нам повезло! Неужели свершилось пророчество, и с неба спустились боги? Вас как зовут? — посмотрел он на меня с такой собачьей преданностью и надеждой, что я не сдержался.

— Ну, Волк меня зовут.