Они переглянулись; Финниган потянулся к пульту управления. Сол захотелось сказать ему что-нибудь ободряющее: например, что всё будет хорошо, им нечего бояться и что их обязательно вытащат, — но это было не так. «Вытаскивать» их было некому. Поэтому она гордо выпрямила спину, расправила плечи и, не оборачиваясь больше на Финнигана, первой шагнула к шлюзу, казавшемуся сейчас по меньшей мере вратами на тот свет.

— Так что у вас случилось с кораблём?

Вопрос, повторно прозвучавший из уст меланхоличного вида констебля, со скучающим видом заполнявшего протокол задержания, поставил Сол в тупик.

От неожиданности она уронила Шушпанчика, которого доселе ожесточённо теребила в руках, пытаясь успокоиться. Амулет упал на пол. Пришлось лезть за ним под стол.

Сол ожидала совершенно иного: как минимум — допроса с пристрастием и обвинения во всех смертных грехах. Но то, что ждало её за порогом орбитальной станции Виты, абсолютно не вязалось со всем совершённым ей за последние двое суток.

Выходит, информация ещё не дошла до столицы?

В неуютном помещении с очень низким потолком, с трудом освещаемом одной-единственной слабосильной лампой, кроме Сол и составлявшего протокол дежурного, никого не было. Где Финниган и что с ним, она не знала, а трижды заданный вопрос был трижды проигнорирован.

— Вот вы говорите, навигационная система отказала, — протянул констебль, лениво почёсывая давно не бритый подбородок. — Однако вы ведь можете прекрасно ориентироваться и без неё — вы же прима.

— Я не сплю уже третьи сутки, — раздражённо проворчала Сол. — В таком состоянии очень сложно в чём-либо ориентироваться. Не верите, так сами попробуйте на досуге.

Принтер в дальнем углу стола задрожал, загудел и выплюнул лист бумаги. На орбитальной станции подобная допотопная техника выглядела до нелепости архаично. Впрочем, это Вита, консерватизм у них в крови. А бумага — явно перерабатываемая, так что, возможно, с точки зрения ресурсов это вполне оправдано.

Констебль вынул листок из принтера и протянул Сол — это оказался распечатанный бланк.

— Штраф?! — она бестолково уставилась на констебля.

— Пятьсот тысяч юнитов — штраф и двадцать пять — оплата эвакуатора и диагностики. Неисправностей у вашего корабля не выявлено, кстати.

Сол очумело уставилась на квитанцию. Её прошиб холодный пот — и не от внушительной суммы, а от недоумения и непонимания. Она и помыслить не могла, что дело кончится одним лишь штрафом.

И — ни слова о Йорфсе.

«Что же это, здесь ничего ещё не знают?»

— Не вопрос, я оплачу́, — Сол полезла за картой. — Что дальше?