Вот привратник оказался новым. Возрастом под сорок, с землистым цветом лица, невероятно тощий — или так показалось из-за того, что сидел он в широченном кресле? — с прикрывающими лысину прядями седеющих каштановых волос.

— Привет! А Фред на месте?

— Фред вышел на пенсию, мисс. Еще пять лет назад.

— Ах, какая жалость. Меня зовут Элен Хоппер. Я когда-то училась здесь.

Мужчина вежливо кивнул.

— Чем могу помочь, мисс?

— Я хотела бы повидаться с профессором Хиткот.

Повисла пауза, и на какое-то мгновение она перепугалась: «Господи, только не ее!» Вдруг и Хиткот уже арестовали? Сообразили, куда она, Хоппер, направляется. Или еще несколько дней назад, если Торн пытался связаться и с ней, как с Фишером. Однако затем привратник просто снял трубку телефона и равнодушно осведомился:

— Во сколько вам назначено?

Часы позади мужчины показывали десять минут третьего. Хоппер сглотнула и выпалила:

— На два пятнадцать. Вы не могли бы передать ей, что предмет беседы изменился? Речь пойдет об Эдварде Торне. Это очень важно.

Привратник нажал кнопку и добросовестно пересказал информацию секретарше. Через полминуты ожидания, в течение которой Хоппер заставляла себя со скучающим видом осматривать помещение, а не пожирать взглядом трубку возле уха мужчины, донесся писк, и он сообщил:

— Она примет вас в половину.

— У себя в резиденции?

— Совершенно верно.

— Спасибо большое.

— Можете пока прогуляться по колледжу. Дорогу, полагаю, вы знаете, раз вы выпускница.

Дэвид стоял в тени, оглядывая внутренний двор. Лужайка так и осталась неестественно зеленой.

— Ну что?

— Она примет меня. Нас.