А орк кивнул: мол, так и есть.

Земля под ногами слегка вздрогнула. И навстречу мертвецам вышел некромант. Он скинул сюртук, оставшись в какой-то слишком уж белой рубашке. И та выделялась на фоне окрестной черноты, ослепляя словно солнце.

– У сиу схожая проблема.

Чарльз не был уверен, имеет ли право это говорить, но что-то подсказывало, что союзники не помешают.

– И подозреваю, что с них все и началось.

Орк выругался. А потом добавил:

– Вечно эти остроухие…

Гавкнули выстрелы, где-то сбоку, а потом снова пушка, и на сей раз Чарльз кожей ощутил жар пламени, которое полилось на мертвецов с небес.

– Давай, маг! – Орк нажал на спусковые крючки, и огромные стволы его револьверов выплюнули пламя. Логично. Огонь – естественный враг мертвой плоти.

Кажется, так их учили.

Чарльз отряхнул руки.

Огонь… не совсем его стихия. Нет, он способен сотворить и огненную стену, и огненную плеть, но все равно. Хотя…

Пламя загудело.

И поползло навстречу мертвецам. Наверное, сохранись в этих телах хоть искра разума, они бы отступили. Но нет. Сперва вспыхнули остатки одежды, а следом и плоть. Задымило. Завоняло. И дым этот пополз по пескам, в них же впитываясь. Кто-то из мертвяков упал, но прочие продолжали идти.

Снова бахнуло ружье, и огонь выплеснулся на передних.

Пушка…

Пламя.

Снова пламя…

Стрекочет что-то, то ли кузнечик, то ли пулемет. И задние ряды падают что колосья под серпом. Красивое сравнение. Чарльз дал себе слово запомнить.

Ему еще в Географическом обществе выступать. А там любят красивые рассказы.