– Как что? – растерялась девушка. – Это же Налунга.

– Я знаю, кто это. Но что из того? – продолжал упорствовать Вадим.

Услышав их разговор, девушки побросали свои дела и подошли ближе, внимательно прислушиваясь. Понимая, что должен как-то выбить из них этот страх, Вадим принял суровый вид и, ткнув пальцем в ближайшую девчонку, приказал:

– Приведи эту рабыню сюда. Посмотрим, чего вы так испугались.

Растерянно переглянувшись, девушки замерли. Получившая приказ выхватила из угла своё копьё и убежала. Заметив, что она вооружилась, Вадим оценил степень их страха перед бывшей хозяйкой. Тем не менее его приказ был выполнен. Увидев Налунгу, девчонки дружно отступили в сторону и, сбившись в кучку, насупились.

Одарив рабыню мрачным взглядом, Вадим повернулся к Мгалате и, положив руки на пояс, повторил свой вопрос:

– Так чего вы боитесь? Это просто рабыня.

– Она была самой сильной жрицей вуду, которая только садилась на трон города черепов, – тихо ответила девушка.

– Да, но тогда она была королевой, а теперь это просто рабыня, – усмехнулся Вадим, внимательно наблюдая за предметом спора.

– Силу она, может, и утратила. Но умение потерять невозможно, – упрямо покачала головой Мгалата. – Она всё ещё жрица.

– Интересно, что же она за жрица, если не смогла спастись от рабского клейма? Вы боитесь её так, словно она способна убить любого одним взглядом. А я готов доказать вам, что она больше ничего не может.

– И как же вы это сделаете, господин? – насторожилась Мгалата.

– Положи сюда руку, рабыня, – приказал Вадим, указывая на колоду у очага, где девушки рубили мясо.

Не понимая, что происходит, Налунга растерянно оглянулась и, опустившись на колени, медленно положила руку на колоду. Выхватив секиру, Вадим сапогом прижал руку девушки к колоде и, оглянувшись на Мгалату, прорычал:

– Если она колдунья, так пусть спасёт себя. Сейчас я отрублю ей руку, и вы увидите, что это просто рабыня.

Не ожидавшие от него такой выходки девушки дружно охнули, а сама Налунга вскрикнула и залилась слезами. Вскинув секиру, Вадим посмотрел на нее и, скорчив саму свирепую рожу, приказал:

– Давай, колдуй. Сделай что-нибудь, чтобы спастись.

– Я не могу, господин. Я потеряла силу. Всё, что мне теперь подвластно, это передвигать лёгкие предметы и прозревать будущее. Только это. Господин, пожалуйста, – заливаясь слезами, взмолилась девушка. – Пощадите рабыню, господин. Умоляю.

Сбившиеся в кучу девчонки от неожиданности потеряли дар речи. Ведь на их глазах человек, которого они считали самым добрым из всех северян, вдруг превратился в настоящего зверя, а их бывшая хозяйка, гордячка и колдунья, униженно молила сохранить ей жизнь. Не понимая, что происходит, они на всякий случай отодвинулись подальше и смотрели на происходящее круглыми от удивления глазами.