Наконец Кэлум прекратил избиение, встал и подошел, чтобы проверить, в порядке ли я. Он взял меня за руку и вывел из библиотеки в туннели. Но пошли мы не в общую зону, а в другую сторону, чтобы подняться по задней стороне пещер внутри горы.

– Ты не можешь просто так бить здесь людей, – заявила я.

Кэлум подгонял меня, пока я шла по туннелю. Куда он меня вел, я не знала, но подозревала, что туда, где он сможет остыть, прежде чем нам придется столкнуться с последствиями его действий.

– Он коснулся того, что принадлежит мне, – произнес Кэлум, как будто это стало ответом на все вопросы.

Та моя часть, которая подозревала, что я могла бы сделать то же самое, находила в его словах радость, но что-то мешало полностью насладиться этим чувством.

– Хочешь сказать, что ни одна из здешних женщин ни разу не коснулась тебя? – Я вырвала руку из его хватки.

– Они уважают слово «нет». В отличие от него, – ответил Кэлум.

– Но я же не била их за это. Вот что я хотела сказать. Если бы я вела себя как ты, то переломала бы носы всем, кто на тебя посмотрел. Но я же тебе верю. Верю, что ты с ними не путаешься. Ты тоже должен мне верить. Я не собираюсь ни с кем тут амурничать. И я не твоя собственность, Кэлум. Я – твой партнер. Я просто хочу чувствовать, что ты видишь меня именно так, – сказала я, раздраженно качая головой.

Мне нравилось, что Кэлум меня ревнует. Это разгоняло кровь в венах, радовало меня. Это значило, что он хочет, чтобы я была рядом с ним. Но при этом я знала, что у клинка всегда две грани. И чувствовала, что могу задохнуться под тяжестью его чувства собственности.

В мире, который всегда был готов сделать меня частью чьей-то собственности, я просто хотела чувствовать себя свободной рядом с мужчиной, которого любила.

– Ты сказала ему «нет». Он не понял. И сейчас ты утверждаешь, что я ничем не лучше его? – Кэлум яростно замотал головой. – Разве я когда-нибудь заставлял тебя чувствовать, будто у тебя нет выбора со мной? На самом деле я бы сказал, что был очень даже любезен, позволив тебе сделать выбор, решить самой, хочешь ты меня или нет, – нетерпеливо сказал он, напоминая, как не прикасался ко мне, пока я не дала ему разрешения и пока мы не договорились, что будем верны друг другу. – Ты сама сделала этот выбор. Будь моя воля, я бы трахнул тебя прямо в том сарае до того, как твой брат вернулся и попытался забрать тебя у меня.

Часть меня пришла в восторг от этих слов, которые подтверждали, что он потянулся ко мне сразу же, как и я к нему. Но другая часть жаждала свободы. Едва вырвавшись из-под власти одного человека, мне совсем не хотелось попасть под власть другого.