– Я сделала свой выбор, но сделала его, думая, что получу партнера. Не собственника и не владельца. Тебе нужно научиться заявлять права на меня, не превращаясь в зверя и не рискуя нашим убежищем здесь, – сказала я, продолжая идти по туннелю.

Кэлум шел рядом со мной, и его пальцы касались меня, как в тот день в сарае, когда мы лежали рядышком на соломе.

– Ты и есть мой партнер, звезда моя. И ты владеешь мной так же, как я владею тобой.

– Нам нужно остаться здесь. Куда бы мы ни пошли, нам везде грозит опасность. Надо найти способ заявить о своих правах, не рискуя быть изгнанными за насилие, – задумчиво размышляла я вслух.

Мы погрузились в молчание, продолжая путь.

Я не знала, куда мы идем. Но знала, что пойду за Кэлумом куда угодно.

30

30

Шагали мы быстро и вскоре вышли к туннелям, которые вели в пещеры, расположенные над катакомбами.

– Думаю, нам не следовало подниматься сюда так рано, – сказала я, думая о том, что вне туннелей мы совсем не защищены.

– Мы ненадолго.

Кэлум направился к свету, проникающему через вход в пещеру, высеченный в склоне горы. Мы вышли на солнце и оказались перед океаном, окружавшим королевство. Далеко внизу на берег обрушивались огромные волны, вздымая в воздух камни и песок.

В Мистфеле океана не было. Вернее, он был спрятан за Завесой, скрывавшей его от людских глаз. На самом деле я никогда не видела, как волны ударяются о берег, с какой силой они обрушиваются на королевство.

Вокруг королевства висела дымка, туман из водяной пыли, из-за которого больше ничего не было видно. Но одного вида воды оказалось достаточно, чтобы во мне с новой силой вспыхнула тоска, нахлынули горестные воспоминания о потере брата.

В последний раз я видела песок, когда ковыляла по нему, пытаясь найти на берегу Брана или то, что от него осталось.

Как легко было иногда забыть жизнь, которую оставил позади. Легко притвориться, что это вовсе не мое прошлое, ведь новая жизнь так сильно отличалась от того простого мира, в котором самой большой моей проблемой виделся мужчина, желавший получить от меня то, чего не следовало желать.

Я отвернулась от воды, и слова брата снова вспыхнули у меня в голове. Ни в коем случае я не должна попасть в руки фейри – лучше мне умереть. Инструкции Брана я понимала. Но было в его предупреждении что-то еще, более грозное, о чем казалось страшным и помыслить.

Кэлум убедил меня, что все равно надо жить, но ему придется принять, что для меня предпочтительнее смерть, чем Альвхейм, если когда-нибудь этот выбор встанет передо мной.

Я прижалась лицом к груди Кэлума, больше не желая смотреть на воду. Невыносимо было вглядываться в волны и представлять, что случилось с телом Брана. Унесло его приливом или он остался лежать где-то поблизости?