— Я рассчитал параметры пульсаций известных мне точек и вывел, что период нестабильности, а, значит, и время существования «хронального кармана» гораздо меньше, чем казалось поначалу.

— Только мне о чужих карманах и думать.

Я потянулся в холодильник за пивом и расстроился, потому что там оставался только гостиничный «Хейнекен», за который пришлось бы выкладывать втрое больше. Вот это проблема так проблема. Но Крейн упорствовал:

— Ты понимаешь, Егор, что «карман» намного быстрее соединится с миром-метрополией, чем мы считали раньше.

— Ну и на здоровье.

— Какое здоровье. Будет такая сильная интерференция, что от меньшей структуры, то есть периферийного мира, мало что останется. И от его обитателей, включая наших друзей-товарищей, тоже. Но и это не самое худшее.

— Вот как? Потеря друзей-товарищей для тебя не худшее, а может даже лучшее?

— Хуже, много хуже, Егор, что весь наш базовый мир-метрополия тоже перестроится.

— Эка невидаль. Перестройка. Есть вещи и пострашнее. А если даже в «кармане» по-прежнему сидят фашисты, то не думаю, что они такие же жуткие, как и пятьдесят лет назад. Возраст, друг мой, берет свое, из них давно песочек сыплется.

— Мы не знаем, Хвостов, по каким принципам произойдет соединение двух миров, — зло тявкнул Крейн.

— Так чего ж ты раньше эти самые параметры не рассчитал? — резонно поинтересовался я.

— Спешка была, — объяснился без зазрения совести этот гад. — Вы же кричали мне: «Давай, давай.»

У меня, наконец, поползла испарина по спине. Конечно, есть вариант, что Саша меня разыгрывает, но уж больно пресная у него рожа. Я от огорчения откупорил гостиничный «Хейнекен», чихать на расходы, если весь мир перестроится.

— Вот так всегда с учеными, — забухтел я. — Вначале наколбасят, а потом уже начинают думать, как это аукнется… Так что же нам предпринять, уважаемый знаток?

— У меня только один рецепт, который трудно назвать всеобъемлющим. Надо подаваться следом за нашей командой и обо всем их предупредить.

Ну, прямо стресс, по моим жилам поплыл адреналин, из-за чего я вспомнил то, что забыл благодаря предыдущему огорчению — у меня ж в сумке лежит спиртяга, приобретенная в аптеке-наркотеке.

— Ты погоди-ка, стремительный Крейн. Благоприятная-то пульсация в ближайшие месяцы не предвидится.

— Это на той точке, которую мы использовали вслед за фашистами. Но есть другая. По предварительным расчетам, она находится в Сьерре. Где-то неподалеку от Кильябамба. Это «окно» откроется через пять дней. Точное место и время мы узнаем благодаря навигационному прибору.

У меня дернулась рука, льющая спирт, и «девичья слеза» оказалась крепче, чем надо. Это ж надо такое придумать. Отправляться туда, не знаю куда, да еще в таком жалком составе — я плюс хиляк Крейн — да еще без снаряжения, без оружия, без непортящейся жратвы, без фармацевтики всякой. Попадем ведь незнамо куда, может прямо в котел. А как там за «окном» искать своих? И вообще существует еще сто тысяч «нет».