Еще одна щелочка в семейные дела Альгарды?

Я хотел было попросить его рассказать побольше об экспериментах с громовыми ящерами, но Покойник доказал, что не спит, посвятив меня в собственные воспоминания: как-никак он сам был тому свидетелем при жизни.

Тогдашняя публика с Холма неплохо постаралась замести следы фокусов, куда более опасных, чем те, что привели к появлению крысюков, – и это притом, что последствиями их был целый ряд смертных случаев, довольно жутких по обстоятельствам. Судя по всему, то, что крысюкам вообще позволили выжить, тоже явилось частью этого прикрытия.

– Я поймаю Фельске и узнаю у него, чей он лазутчик, – заявил я вслух. – Если потребуется. Послушайте. Мы вычислили кое-что. Насчет того, что именно потревожили ваши детки.

Я изложил им гипотезу с драконом.

Просто потрясающе. За все время нашего общения нам не помешали ни разу. Ни Кип с Кирой, ни Торнада с Прилипалой, ни Тинни с Синдж, ни Бегущая с Дином, который принес свежий запас продовольствия, – никто не произнес ни слова. Даже почти не шевелились, только почесывались иногда.

– Я нахожу это вероятным, – кивнул Альгарда. – Собственно, это является развитием теории, которую я выдвинул в этой самой комнате менее десяти часов назад. Только тогда ее отвергли.

Он заходил уже сюда? И никто не позаботился сообщить мне об этом?

«Тогда это носило характер намека, упоминания вскользь, не подкрепленного доказательствами. Это еще предстояло проверить и развить».

Весельчак оправдывался. После всего лишь одного прозрачного намека.

Зато это подсказало мне, какого рода работой он загружал Пенни Мрак утром.

– Добавьте к этому еще одно, – сказал Альгарда. – Я поговорил сегодня с родней по дороге в театр. В семье хранятся воспоминания о событиях нескольких последних столетий. Они вспомнили два схожих случая, оба вне сферы влияния Каренты.

Ух ты! Моя проблема с «Миром» приобретала геополитический характер. И исторический в придачу.

– Я обнаружил четыре инцидента, – произнес Ион Сальватор мерзким тоном типа, который всегда поправляет тебя, что бы ты ни сказал.

Правда, Торнада сразу же сбила с него немного спеси:

– Ты и эта девчонка. Пенни.

– Ну… да. Все записано в «Хрониках». Только не каждого к ним допустят.

Это, конечно, был камешек в мой огород. Должно быть, «Хроники» – это что-то, что хранилось в библиотеке.

– Хотя наиболее драматический инцидент, возможно, вымышлен.

– И ты разрешаешь ему разговаривать на таком языке? – поинтересовался я у Торнады.