Шустер остановился:

– И еще – тот парень, которого мы нашли в подземелье вчера вечером. Весь искромсанный и со съехавшей крышей. Плохой актер, известный как Городской Джек Тик-Так.

Я никак не мог изображать святую невинность. Его воинство было там вместе с моим.

– Он напал на нескольких моих знакомых гномов. Их дочь сумела убежать и обратилась ко мне за помощью.

– И вы послали ее к Тарпу. Мы говорили с этой девчонкой. Мы говорили с Городским Джеком. Мы говорили с людьми Тарпа. И с красными фуражками, спускавшимися туда. Допросы выявили ряд любопытных противоречий.

– Со свидетелями такое случается.

– Да. Гномица утверждала, что на ее семью напало чудовище. Тик-Так говорил, что не лез в чужие дела. Гномы напали на него из засады.

– Пятью этажами ниже уровня земли? Гномы, которым заплатили за то, чтобы они никого туда не пускали?

– Джек считает, что правда на его стороне. Говорит, что мы можем спросить у его босса. Который, по его словам, тоже туда спускался, но, должно быть, сумел каким-то образом улизнуть, когда туда набились красные фуражки. – Шустер двинулся дальше. – Он не может объяснить, как именно.

– Чуть раньше в тот же вечер он сам выдавал себя за красную фуражку.

– Э-э?

Я рассказал ему про визит Городского Джека в «Пальмы».

– Снова Фельске.

Все это явно огорчало Шустера. Наверное, поэтому он начал намекать на то, что у него имеются кое-какие интересные мысли.

– Непосредственно перед тем, как я отправился сюда, имело место еще одно любопытное событие. Городского Джека тоже перевели в ведение принца Руперта.

– Это любопытно. И что это значит?

– Именно это ты и расскажешь.

– Не думаю. Прежде мне нужно по меньшей мере иметь представление, о чем вы говорите.

– Конечно расскажешь. Разве нет?

Дил зашел с неожиданной стороны – явно в расчете на то, что это собьет меня с толку. И чтобы я боялся того, что ему, возможно, известно.