Сначала он не может поверить тому, что видит, но скоро становится ясно, что проблем с глазами у него нет.

Все обитатели купола мертвы. Тела лежат кучами, словно подготовленные к сожжению. В ярком колеблющемся свете кажется, что они двигаются, но это просто палочки заставляют тени расти и уменьшаться. Кааро знает кое-кого из этих людей или знает о них. Они остались здесь жить в тот день, когда он струсил. Когда-нибудь осознание его нагонит, а пока что у него есть работа. Когда палочки гаснут, воцаряется темнота. Аминат зажигает фонарь на шлеме, и Кааро поступает так же. Он осматривает тела.

– Никаких травм. Ни крови, ни ран, – говорит он.

Из наушников доносится голос Аминат:

– А этих после смерти кто-то кусал.

Если бы не шлемы, Кааро бы их учуял. Он не готов к нападению, но это не имеет значения. Четыре пузырника атакуют их с разных сторон, бесшумные, голодные – хотя Кааро случалось видеть и поголоднее. Аминат хватает винтовку и быстро расстреливает троих. Они умирают, но не падают. Четвертый улетает. Аминат для верности всаживает в мертвых еще по нескольку пуль. Их газовые мешки с шипением разрываются. Кааро слышит по радио тяжелое дыхание Аминат. Он жестом просит ее выйти на связь.

– Им не по вкусу мертвечина, – замечает она.

– Похоже, что так.

– Куда нам идти?

– Мне нужно снять шлем, – говорит Кааро.

– Исключено. Ты не знаешь, что убило этих людей. Это могла быть зараза, токсины, что угодно.

– А между тем, с Йаро все в порядке. Взгляни на него. С тобой ведь все нормально, мальчик, правда? – Йаро отвечает лаем с расстояния в несколько ярдов. – Видишь? Он жив и здоров. Если мы этого не сделаем, то можем потратить на поиски целый год. Под землей тело этого существа больше самого города – даже по прикидкам десятилетней давности. Оно могло и еще подрасти. Мне нужно понять, что тут происходит, но я на это не способен, пока отрезан от ксеносферы.

Кааро видит, что Аминат обдумывает его слова. Мох на земле нездорового цвета. Что здесь случилось? Он выпускает Йаро из переноски, и пес начинает обнюхивать все вокруг.

– Для протокола: это плохая идея, но ничего другого я придумать не могу. Ты должен понимать, что если ты снимешь шлем, то и мне придется, иначе мы не сможем общаться. А это значит, что мы оба рискуем умереть.

– А может, ты просто меня посторожишь? Когда я вернусь из ксеносферы, то подам тебе сигнал или надену шлем.

Аминат притягивает его к себе, и они соприкасаются щитками. Кааро снимает шлем, и она одними губами произносит: «Я люблю тебя. Не натвори там глупостей».

С этой стороны купола в мембране есть складки, и на уровне земли они образуют ниши. Кааро забирается в одну из них и садится, положив шлем на колени. Аминат гладит его по щеке, а потом поднимает винтовку к груди, чтобы охранять его. Он решает, что если они останутся в живых, он напишет этой женщине любовное письмо – ручкой на бумаге, как положено. Прибегает Йаро и садится рядом. Земля под ягодицами Кааро холодная, мокрая и мягкая, но вонь тут не такая ужасная. Жаль, что у него нет сигареты для ритуала, но придется обойтись. Вместо этого он глубоко вздыхает и воображает, что у него в голове играет «I Heard it Through the Grapevine».