– Я останусь здесь, – говорит Джек.
– Серьезно?
– Серьезно. Я ведь говорил тебе с самого начала: за пределами Роузуотера для меня жизни нет. Это была не шутка. Я никуда не уйду, но ты ради меня уведешь отсюда Ханну и Лору.
Тайво пожимает плечами.
– Ну ладно, призовите восхитительную миссис Жак, и мы отправимся в путь.
– Я вас не оставлю, сэр, – говорит Лора.
– Я что, должен тебе приказать?
– Моя работа – помогать вам. А помощь вам, похоже, все еще нужна.
– Ты поможешь мне, если присмотришь за моей семьей, Лора. – Он не уверен, что это ее убедит.
– Эта верность, конечно, очень трогательна, и я, может быть, даже пролью слезу, добравшись до Майорки, но мне пора. Сейчас или никогда. – Тайво подает сигнал своим людям.
– Дай мне двадцать минут, чтобы попрощаться с женой, – говорит Джек, разворачивая кресло в сторону апартаментов.
– Я даю тебе пять, – кричит вслед Тайво, но без злобы, и Джек понимает, что если понадобится, он прождет и тридцать.
В комнате он начинает было смазывать свои язвы мазью, одновременно убеждая Ханну, но замирает. Язвы, кажется… уменьшились.
– Ханна… – Джек едва способен говорить. Он показывает.
На глазах у них язвы высыхают и от краев к центру зарастают кожей, оставляя лишь маленькие точечки шрамов, которые исчезнут через несколько минут.
– Что это значит?.. – Ханна так же ошарашена, как и сам Джек.
– Это, дорогая моя супруга, значит, что мы снова в деле.
Все именно так, как он подумал. Исцеление означает, что пришелец вернулся в игру, а на голограмме Джек видит, что та парочка каким-то образом уничтожила растение. Купол не просто открыт, его граница как будто непрерывно расширяется. Растительность оживает, на каждом клочке влажной почвы проклевываются кусты, деревья и вьюнки. Плющ взбирается на дома, по пути порастая цветами. По всему городу выросли новые ганглии, а захватчики либо отступают, либо уничтожены. Жители Роузуотера, вновь познавшие исцеление, которого лишились, танцуют на улицах и празднуют.