– С наружной, – доносится от двери; это последнее, чего Марк и Пэт могли ожидать.
Алисса.
Алисса наблюдает за воссоединением семьи из ксеносферы, видит, как Сатклиффы обнимаются и плачут, видит, как они оставляют внешний мир за закрытой дверью и вновь начинают жить своей жизнью.
Та Алисса, что к ним вернулась, настолько близка к реальной, насколько это возможно. У нее внутри все воспоминания, которые удалось отыскать. У нее внутри ИД-чип Алиссы. Все провалы в ее памяти они спишут на травму или простую забывчивость.
Она не знает, зачем это сделала. Из чувства вины? Из чувства справедливости? Из-за чрезмерной идентификации с Аминат и Кааро?
Неважно. Это простое решение простой проблемы, и теперь те назойливые мысли, то смутное беспокойство оставили ее.
Теперь она может сосредоточиться на своей работе, на Роузуотере – первом за многие века городе домян.
Она обретает видимость возле тюрьмы, как раз когда Джек Жак открывает дверь. Он улыбается, чуть неловко опираясь на свой новый протез.
– Я могу помочь тебе с ногой, – предлагает Алисса. – Новая отрастет меньше чем за час.
– Спасибо, но не надо, – отказывается Джек. А потом думает: «А то ты с ней налажаешь, и у меня колено будет назад сгибаться».
– Энтони мог бы, но не я, – говорит Алисса, но закрывает тему.
– Хочешь прогуляться со мной?
Среди его сопровождающих Аминат, и она подмигивает Алиссе. Остальные – вооруженные охранники в шлемах с непрозрачными визорами. Алисса знает, что они поддерживают связь с высотным дроном, нагруженным взрывными боеприпасами.
Монолог Жака не прекращается ни на секунду.
– Тюрьма по большей части опустела, потому что заключенные сражались в восстании, но крыло J всегда было особенным.
На переходном мосту, уперев руки в бока, стоит Ханна Жак.
– Милая, что ты здесь делаешь? – спрашивает Джек.
– С тобой я разберусь позже. А пока у меня есть несколько слов для этой особы.