— Ах, черт возьми. — Гриффин порылся в своей сумке и достал большие ножницы. — Я режу насквозь, не шевелись. — Робин почувствовал мучительное, сильное давление — и затем ничего. Его руки освободились — все еще в наручниках, но уже не скрепленные болтами.
Боль исчезла. Он обмяк от облегчения.
— Я думал, ты в Глазго.
— Я был в пятидесяти милях отсюда, когда получил сообщение. Тогда я выскочил, подождал и сел на первый попавшийся поезд, идущий обратно.
— Получил известие?
— У нас свои пути. — Робин заметил, что правая рука Грифона покрылась крапинками бледно-красного и раздраженного цвета. Это было похоже на шрам от ожога. — Энтони не стал уточнять, он только послал экстренный сигнал, но я понял, что дело плохо. Потом все слухи из башни говорили, что они притащили вас сюда, так что я пропустил Старую библиотеку — все равно было бы опасно — и пришел сюда. Хорошая ставка. Где Энтони?
— Он мертв, — сказал Робин.
— Понятно. — По лицу Гриффина что-то пробежало, но он моргнул, и его черты вернулись к спокойствию. — А остальные?..
— Я думаю, они все мертвы. — Робин чувствовал себя жалким; он не мог смотреть в глаза Гриффину. — Кэти, Вимал, Илзе — все в доме — я не видел, как они упали, но я слышал стрельбу, а потом я их больше не видел.
— Других выживших нет?
— Есть Виктория. Я знаю, что они привели Викторию, но...
— Где она?
— Я не знаю, — жалобно сказала Робин. Она может лежать мертвой в своей камере. Они могли уже вытащить ее тело наружу и бросить в неглубокую могилу. Он не мог произнести слова, чтобы объяснить; это бы его сломило.
— Тогда давай посмотрим. — Гриффин схватил его за плечи и сильно встряхнул. — Твои ноги в порядке, не так ли? Давай, вставай.
Коридор был чудесным образом пуст. Робин озадаченно посмотрел налево и направо. — Где все охранники?
— Избавились от них. — Гриффин постучал пальцем по другому бруску на своем поясе. — Цепочка из маргариток на слове «взрыв». Латинское explōdere — это театральный термин, означающий сгонять актера со сцены, хлопая в ладоши. Оттуда мы получаем древнеанглийское значение «отвергать или прогонять с громким шумом». И только в современном английском мы получаем детонацию. — Он выглядел очень довольным собой. — Моя латынь лучше, чем мой китайский.
— Так это не разрушило дверь?
— Нет, он только издал такой ужасный звук, что разогнал всех слушателей. Я заставил их всех бежать на второй этаж, а потом подкрался сюда и запер за собой двери.
— Тогда что же проделало эту дыру?
— Просто черный порох. — Гриффин потащил Робина за собой. — Нельзя во всем полагаться на серебро. Вы, ученые, всегда забываете об этом.