Оптика не помогла. Объект слишком близко находился. Сержант убрал бинокль в чехол.

— Сущность? — спросил, догадавшись о намерении коллеги.

— Вот это я и хочу проверить, — подтвердил Малюта, — Я меня сложилась неприятная догадка, что баба Зина нас слегка разыграла. Тварей мы видим, имеем возможность с ними общаться, но только в пределах зоны её ответственности. А что случится, когда выйдем за границу территории ведьмы? Будет ли работать печать? Сейчас и проверим.

— И кто это?

— Полудница[6] или Ржаница[7]. С обеими ни разу не сталкивался, поэтому могу только догадываться.

— Ага, — принял к сведению Шрам, — Значит, оружие бесполезно. Степень опасности?

— Практически нулевая. Нас двое, а явиться воочию кому-либо могут только одинокому путнику.

— Сумасшествие не заразно и с ума сходят по одиночке, — констатировал сержант, — Это понятно. Тогда в чём смысл?

— Если печать существует, то сущность проявит себя. Хотя бы просто из вежливости. Поздоровается. Спросит, что нам нужно. Мало ли.

— На мой взгляд глупо. Не помню подробностей, но обе вызывают что-то вроде солнечного удара у тех, кто работает в поле и не желает отдохнуть в самое жаркое время суток. Правильно?

— С точки зрения науки — это просто переутомление, а здесь другое.

— Я не о том. Откуда могут взяться эти твари в Диких землях? Нет ни крестьян, ни пеших путников? У вас, в хозяйствах Лешего, их может и полно, а тут откуда? Кстати, бывал в Испании и краем уха слышал о появившихся там духах, которые лишают разума тех, кто не желает часок вздремнуть после обеда. Таких называют «сеньора Сиеста». Думаю, это сущность из той же оперы. Разбежались по миру в поисках людей. Если объяснишь, как они выживают здесь в глуши, больше ни слова не скажу.

— Трасса! Мы стоим на ней. В обжитых районах конкуренция, а здесь свобода. Вызови у контрабандиста желание облегчиться, замани подальше в поле и выкачивай из него энергию, пока он стоит с расстёгнутой ширинкой. Плотью, вроде бы, эти твари не питаются.

— Мля. Рисковый ты мужик, Григорий Лукьянович, — с уважением прошептал Шрам.

Еле заметный смерч из дрожащего марева, закручивающий в спираль сухие былинки, комки шерсти, унизанные репейником и обрывки бытовых отходов, приблизился уже на пару-тройку шагов, когда Малюта поднял правую руку, открытой ладонью вперёд.

Шрам ожидал, что напарник выдаст что-то вроде киношного приветствия северо-американских индейцев, но тот стоял молча и улыбался.

Воронка внезапно распалась. Мусор не осел на землю, а вопреки всем законам физики, принялся собираться в девичью фигуру. Происходило это, как при ускоренной перемотки ролика, в котором кто-то собирает сложную картинку из множества кусочков пазла.