Отец всего сущего, Бог Бытия…

– Хорошие слова, дочка, – услышала я голос той, кого уже и не чаяла увидеть. Порывисто обернувшись, я посмотрела на Ашит, неслышно подошедшую к нам.

– Мама! – восклицание вышло надрывным, даже с ноткой истерики.

Похоже, сейчас, когда наступал долгожданный миг тишины, моя выдержка дала сбой. С появлением шаманки я ощутила нечто, что чувствует ребенок, когда приходит его мать, и дитя преисполняется уверенности, что теперь уже ничего дурного не может случиться. Бросившись к ней, я обвила шею названой матери руками, уткнулась носом ей в плечо и всхлипнула.

– В Куншале полно воды, нечего еще добавлять, – чуть сварливо произнесла Ашит. – Что саулы не потоптали, река зальет.

Однако было это ворчанье от неловкости, какую испытывала женщина каждый раз, когда я была искренна в своих чувствах. Рука шаманки легла мне на голову, поворошила волосы и скользнула по спине.

– Хватит, дочка, хватит. Теперь уж всё. Иди-ка лучше да оденься как каанша. На сангар пойдем. Затем Отец прислал меня, на то Его воля. Поспеши.

– Ты не лечить пришла? – стерев слезы, спросила я.

– Там и без меня знахарей хватает. Кому суждено, тот исцелится. Кого Белый Дух ждет, тот с ним встретится. А у меня иное дело. – После сурово сдвинула брови и закончила: – Будешь воду по двору разливать, одна уйду.

– Хорошо, мама, – кивнула я и поспешила в дом, мало задумываясь о том, зачем появилась шаманка.

Раз Создатель прислал, стало быть, дело важное. Без этого Ашит священные земли не покинула бы. И я ей нужна. А раз так, значит, нужно просто выполнить, что она велела, потом всё узнаю. И, замерев на мгновение, я усмехнулась. Кажется, я начала мыслить как все тагайни. А затем продолжила свой путь, который закончился в гардеробной.

Взяв наряд, о котором сказала шаманка, я поспешила в нашу с Танияром спальню, которая осталась нетронутой, как и кабинет. На меня смотрели, даже, кажется, что-то спросили, но я лишь рассеянно улыбнулась в ответ и закрыла за собой дверь. Времени было мало, и я просто сменила наряд для верховой езды на то самое платье, которое мне подарили сегодня утром на курзыме перед самым покушением…

– Боги, будто год назад это было, – потрясенно прошептала я.

Снова усмехнувшись, я подошла к зеркалу и, распустив косу, расчесала волосы. После надела венец, изготовленный для меня Урзалы совсем недавно. Я просто попросила сделать для меня обруч, чтобы он стал, подобно челыку, отличительным символом жены каана. Почтенный мастер вновь призвал свой художественный талант и принес мне не просто обруч. На лобной части его в центре был отлит герб Зеленых земель. А по вискам спускались тонкие серебряные нити с камнями, похожими на жемчуг, словно башит на кулузе ученика шамана. Только были они изящнее и не закрывали лица. Спускались от висков и почти до плеч. Восхитительный венец, признаться. Вот его я и надела. И, сменив сапожки на туфли, я поспешила к матери.