– Я думал, ты передумала плавать, – произнес подплывший ко мне деверь. – Чего сидела?

– Так… размышляла, – почти не солгала я.

– У тебя когда-нибудь лопнет голова, – хмыкнул Архам.

– О, она у меня крепкая, – легко заверила я.

– Даже крепкой голове нужен отдых, – наставительно произнес бывший каан. – Отдохни, Ашити, – он подмигнул, а затем оставил меня в одиночестве.

Усмехнувшись, я перевернулась на спину и некоторое время смотрела в голубое небо, по которому медленно ползли пушистые облака.

– Хорошо, – снова прошептала я.

Из воды выходить не хотелось, и, наплававшись, я задержалась неподалеку от берега, просто лежа на песчаном дне, подперев щеку ладонью. Вода теперь покрывала только мои ноги, и я лениво водила ими из стороны в сторону, мечтая хоть ненадолго стать рыбой. Нет, правда. Было бы здорово еще немного задержаться в этом чудесном месте и поплавать, не опасаясь усталости. А вскоре хмыкнула. Нет уж, рыбой мне становиться точно не хотелось.

– Ашити, – позвал меня Архам, уже разложивший припасы, прихваченные с места последнего ночлега. – Иди сюда.

– Еще капельку, и выйду, – пообещала я.

– То в воду не загонишь, то оттуда не вытащишь, – усмехнулся деверь.

Я улыбнулась и послушно встала. В это мгновение мокрая рубашка облепила тело, и я, охнув, поспешила перекинуть вперед волосы, чтобы прикрыться. Из-за чувства неловкости и смущения благодушия во мне поубавилось, и к Архаму я подходила, гордо вздернув подбородок, так скрыв свое смятение.

– Держи, – деверь, кажется вовсе не замечавший моего вызывающего вида, протянул сложенную на небольшом глиняном блюде снедь. Блюда он прихватил еще в доме Фендара и со второго сейчас ел сам.

Солнце грело, как и в начале лета, ветерок гулял по траве, и вскоре одежда начала подсыхать, а следом и еда, опустившись в желудок, сыграла свою роль – доброе расположение духа вернулось. И теперь уже никакая скромность не мешала мне вновь любоваться умиротворяющим пейзажем, частью которого мы тоже были. А что? Это была весьма примечательная картина: два путника наслаждаются отдыхом на берегу тихого лесного озера. За их спинами щиплют траву два маленьких бегуна, а над головами сияет яркое солнце. Жаль, что я не художник…

– О чем теперь думаешь? – полюбопытствовал бывший каан, отставив в сторону свое блюдо. Он отряхнул руки и откупорил флягу с водой.

– Думаю, какая красивая могла бы получиться картина, если бы ее писал настоящий мастер, – рассеянно ответила я.

– Какая картина?

– Ты, я, озеро, – улыбнулась я. – Жаль, что я дурно рисую…

– Ты и поешь дурно, – заметил беспощадный в своей прямоте Архам. – Очень плохо. Ничего хуже не слышал.