- Чтобы ты ушла незамеченной, а я выставила себя дурой? – хмыкнула Елена. – Не в эту ночь.

- Мило, - одобрила ведьма. – Рассудительно. Да, ты не тратила время даром. Я вижу не ту девчонку, что рыдала от страха на корабле. Когда же это было?.. Года уж два назад?

Ведьма покачала головой с деланой печалью, пожаловалась:

- Если живешь долго, время становится другим. Сбиваются ориентиры, теряется понимание, что такое «давно» и «долго».

- Тебе виднее.

- Соглашусь. Ты по-прежнему перепугана насмерть, но уже не так беспомощна. Любопытно, кого на этот раз выставишь щитом, чтобы попробовать скрыться?

- Бесполезно, - покачала головой Елена. – Не поможет.

- Что?

- Манипуляция подлых родителей, в основном матерей. А еще садистов, палачей и абьюзеров... Хотя ты все равно не знаешь, кто это. Привить чувство вины, убедить жертву, что она сама виновата. Со мной так не выйдет. Убийца ты, не я. За твою жестокость на меня вина не ложится.

Елена и сама не понимала, как у нее получается говорить так ловко и почти спокойно. Будто кто-то иной завладел ее устами и вещал с холодной отстраненностью наблюдателя.

- Но попробовать стоило, - улыбнулась ведьма. – Тем более, что истина все равно останется истиной, они умерли из-за тебя.

Женщины посмотрели друг на друга, темноволосая улыбалась, загадочно и чуть покровительственно, рыжая стиснула зубы, бледная, как маска из гипса.

Под балконом музыканты наяривали, будто черти в аду. Воздух в огромном зале сгустился, пропах благовониями, дымком и дорогим воском. Ботинки и сапоги танцующих выбивали низкий гул из каменного пола. Раньян кружил обеих дам вместе, ухитряясь делать это грациозно и без толчеи локтями. Артиго все так же сидел, как маленькая статуя, за спинами охранников, глядя остановившимся взором куда-то в бесконечность. Островные исполняли перед ним серию поклонов, смахивающих на танец огромных павлинов – вычурно, нелепо, со значением.

В толпе Елена вдруг заметила Гамиллу. Арбалетчицу сопровождал видный мужчина средних лет, на ней было вполне симпатичное платье и даже какие-то украшения. Госпожа стрел казалась довольной жизнью, беззаботно веселилась и вообще пребывала под хмельком, но в пределах разумного и пристойного.

Кажется, хоть кому-то мои слова пошли на пользу, отстраненно подумала рыжеволосая.

- Что тебе нужно? – повторила Елена. - Не только лишь посмотреть на меня, верно?

- Да, так и есть. Я предлагаю простую и честную сделку. Ты пойдешь со мной, примешь все уготованное. И тогда прочие останутся живы. По-моему хорошие условия.

- То есть спугнуть, заставить бежать, - продолжила линию рассуждений Елена. – Так, чтобы меня больше не могли прикрывать. Чтобы я снова оказалась беспомощной дичью.