- Это забавно, - еще шире улыбнулся мастер. – Обычно в таких вопросах мужчина понимает, чего он хочет.

- Она… не безразлична мне, - с расстановкой и как будто с внутренним удивлением вымолвил бретер. – И я действительно не могу понять, влечет меня к ней или отталкивает. Она… странная. Иногда Хель кажется блаженной. Иногда просто сельской дурочкой. Иногда она… пугает. Временами кажется мудрой, будто старец. Она больше отвращает, чем привлекает. И в то же время… Хель… она…

Он замолк, не в силах подобрать нужное слово.

- Удивительная? – подсказал старый колдун.

- Да! Это женщина как чудесный изумруд – страшно держать в руках и представлять, сколь тяжко будет обладать такой ценностью. Тяжко и опасно. И в то же время никак нельзя не любоваться, не вожделеть эту драгоценность. Все, что в ней отвращает – сила, жесткость, презрение к правилам жизни… все это и привлекает одновременно. Иногда я чувствую к ней отвращение и ненависть… Иногда хочу прогнать, чтобы она не навлекла на нас беду. А временами…

Он вздохнул.

- Временами я вспоминаю, как вынес ее на руках из подземелья, когда она помогла спасти моего сына. И хочу вновь почувствовать ее вес на своих руках. Я мечтаю ощутить, каковы на ощупь ее волосы. Пропустить их между пальцами, гладить, ласкать шелк цвета темного пламени. И я боюсь этого желания.

Какое-то время два бойца помолчали, глядя на огромную Луну. Затем фехтмейстер негромко сказал:

- Но это еще не все. Не так ли?

- Да, это еще не все, - отозвался Раньян после короткой паузы.

Пантин ждал, терпеливо и без понуканий.

- Когда мы встретились в Мильвессе, - негромко начал бретер, и голос его звучал удивительно чисто в могильной тишине зимнего леса. – Мы… Она схватила меня за руку в гневе. Я попробовал освободиться, наши ладони соприкоснулись. Мы были в ярости, это, должно быть, сроднило. Она… Меня… будто иглами укололи, тысячью сразу.

Он запнулся.

- Ты увидел будущее, - констатировал Пантин. – Как иногда видит она. Разные возможности неслучившегося.

- Да. Я узрел два пути. Это сложно описать.

- Мне ли не знать, - снисходительно улыбнулся маг. – Что же тебе открылось?

- Наши пути сойдутся. Но затем настанет час выбора. Если я разорву нити, уйду от нее… или предоставлю ей идти своим путем, передо мной откроется долгая жизнь. В ней будет разное, и хорошее, и дурное, но я проживу много лет и умру своей смертью.

- А если нет?

- Я буду счастлив. Временами… Бок о бок с ней. Но пройдет время, и однажды мне вновь придется выбирать.

- Что именно?