- Лежи спокойно, мой храбрый израненный герой, - властно и в то же время с нежностью приказала она. Совсем по-девчоночьи хихикнула загадочным мыслям и добавила. – Можешь закрыть глаза и думать об Англии.

Раньян не знал такого слова, но решил, что, учитывая момент, «аглия» это наверняка очень хорошая вещь. Он добросовестно закрыл глаза, полностью отдавшись на волю спасительницы, понимая, что настал час сбывшихся мечтаний и восторга, момент подлинных чудес. Одно лишь омрачало безупречное счастье бретера, упоение того, чьи мечты осуществились. Раньяну казалось, что он о чем-то забыл. Упустил какое-то важное знание. Казалось, надо чуть-чуть поднапрячься, освежить память, приказать себе вспомнить. И бесплотная тень обретет контуры, одарит важным знанием. Чуть-чуть постараться и вспомнить…

Идиот, сказал он себе, чувствуя тепло ее губ, язык, жалящий сладчайшим блаженством. Идиот, лови момент, пока мы живы. Живы… и счастливы.

Он запретил себе думать о ненужном, о суетном. Отдался бесконечным минутам, когда человек может увидеть и ощутить кусочек рая на земле, прикоснуться к бескрайнему наслаждению и счастью, которые дарует лишь Бог.

И это было прекрасно.

* * *

- Не верю, - сказал после долгой паузы Раньян. - Не верю, что маги не пытаются обойти этот самый… парадокс.

- Конечно, пытаются, - ухмыльнулся Пантин. - Некоторым даже удается. Или они так думают. Но я в подобные игры играть не могу, - добавил он уже серьезнее. - Я столько задолжал миру самой своей жизнью, что лишнее слово может столкнуть камешек, от коего произойдет лавина. Понимаешь? А впрочем, даже если не понимаешь, все едино.

Раньян помолчал немного, осмысливая, затем осторожно предположил:

- Должно быть, страшный это был мир… мир, где верховодила магия. Где можно было управлять силой превращения живого в мертвое и владеть даже временем.

- Он был другим, - передернул плечами Пантин, будто замерзнув. – Просто другим. Хотя более цивилизованным, это уж точно.

Раньян задумался, надолго и крепко.

- Что тебя с ней связывает? – внезапно спросил мастер.

- Ничего! – быстро и резко ответил бретер, пожалуй, слишком быстро и слишком резко.

- Ну да, разумеется, - ухмыльнулся Пантин, искренне веселясь.

Раньян сжал губы, взмахнул было рукой, стараясь выразить предельное отрицание, но вдруг безнадежно опустил кулак, тяжело выдохнул.

- Она тебе не безразлична, - констатировал маг, наблюдая за учеником из-под кустистых седых бровей.

- Я… - Раньян замялся, как подросток, а не убийца, перешагнувший тридцатилетие. – Я… не знаю.