Веронике и самой стало интересно, что такое она призвала. Они с Астрид и Мамико обступили Сидзуку и принялись воровать кусочки рыбы. Но та слишком давно не ела правильных сашими, поэтому ловко отбивалась от детей палочками.
— Это ж просто сырая рыба, — первой разочаровалась Астрид.
— Да, — кивнула Мамико.
— Дя, — отвернулась и Вероника.
— Вы ничего не понимаете, — с наслаждением съела последний кусочек Сидзука. — Вероника-тян, какая ты полезная девочка! А пойдем лучше ко мне жить! У меня много игрушек!
Вероника отступила и спряталась за Астрид. У нее даже чуть-чуть выделилась кислотная слюна, хотя этого уже давно не происходило.
— Тетя Сидзука шутит, — заверила мама, утирая дочери рот и выкидывая разъеденный платок.
Но Мамико шепнула что-то Астрид, и девочки быстро убежали, уведя с собой и Веронику. Они решили, что шутки шутками, а лучше не рисковать. Если кто-то настолько странный, что ест сырую рыбу и причмокивает от удовольствия, то от него чего угодно можно ждать.
— …Хочешь варенья из тараканов?.. — донесся затихающий голос Астрид.
— …Что-о?.. — в ужасе переспросила Мамико.
Сидзука же со вздохом посмотрела на тарелку, где остался только колотый лед, и сказала:
— А что, открою и правда японский ресторан. Только деньги понадобятся. Вы же меня из Паргорона голой и нищей призвали, у меня ничего нет…
— У тебя был огромный сундук барахла, наворованного у старого мужа, — напомнила Лахджа. — А твой новый муж — один из первых богатеев Мистерии.
— Ничего нет… — вздохнула еще тяжелее Сидзука. — А жить на что-то надо…
Лахджа холодно посмотрела на подругу. Она не собиралась одалживать ей денег. Сидзука сейчас богаче ее. И она не вернет.
— Ты не понимаешь, — сказала Сидзука. — У нас большой доход, но много расходов. Чтобы Мамико училась в лучшей школе, репетиторы для нее, мне на светскую жизнь, наряды, драгоценности, выходы в свет, ежедневный философский камень, подтяжки лица, совершенствование тела, фелинский массаж, отдых на Феенутцэ и Янтарных островах, путешествия… мы привыкли к путешествиям.
— Соболезную, — совсем ледяным тоном сказала Лахджа. — Твоему мужу.
— А хорошие вина!.. хорошие сыры!.. они дорого стоят в Мистерии.