Нет, об этом лучше не говорить. Все равно та тень больше не давала о себе знать, так что ей, видимо, был нужен просто любой доверчивый призыватель. А вот Хальтрекарок и его жены-демоницы — проблема посерьезнее. В усадьбе Лахджа в безопасности, но не может же она запереть себя там до скончания века. И да, их прикрывает длань Солары, но это не круглосуточная охрана, а просто покровительство…

— Я знаю, чего тебе сейчас хочется, — заговорщицки подмигнул демон-бармен, доставая из-под стойки миску дымящейся похлебки.

— Калакейтто! — обрадовалась Лахджа.

Она очень любила этот суп с треской, но дома готовила редко, потому что его терпеть не может Майно. Этого капризного смертного мутит даже от запаха сливочного супа с рыбой. А как-то неуютно есть, чувствуя такие эманации отвращения.

Янгфанхофен достал еще бутылочку белого вина, налил гостье и себе, поставил тарелочку с сыром и произнес:

— Ну раз заглянула, давай-ка я расскажу тебе байку. Помнишь, ты интересовалась, что случилось с бандой Поддувала после того, как они ограбили казино?..

Но он не успел даже начать. Занавес снова отдернулся, и в малый зал вошел один из трех демолордов, которых Лахджа не хотела видеть ни при каких обстоятельствах.

— Добро пожа… ох, — скривился Янгфанхофен.

— Какая встреча! — искренне обрадовался Клюзерштатен, плюхаясь на стульчик. — Старые друзья снова в сборе!

Вот теперь Лахджа горько пожалела, что поддалась на уговоры и отослала доктора Йоханнеса. Кусок трески застрял в горле.

— Здравствуйте, господин Клюзерштатен, — произнесла она, сглотнув.

— Фу, зачем так официально! — скривился козломордый демон. — Ты что, обиделась за тот суд? Так я же знал, что тебя оправдают. А в душе-то я был полностью на твоей стороне.

— Нет… дело не в этом…

— А в чем? — придвинулся ближе Клюзерштатен. — Ты на меня за что-то обиделась? Дуешься? Не дуйся.

— Мне было бы гораздо проще с тобой дружить, если бы ты не был… настолько непредсказуемым, — попыталась отодвинуться Лахджа. — Иногда… шутливо-враждебным, но с реальными последствиями для меня. Я просто не знаю, как с тобой себя вести.

Янгфанхофен смотрел на них тяжелым взглядом. По крайней мере в малом зале Лахджа в полной безопасности, рядом с Паргоронским Корчмарем никто ее не тронет.

Но ей же придется рано или поздно отсюда выйти.

И о своих словах она сразу же пожалела, потому что Клюзерштатен ничего не ответил. Он только постукивал пальцами о стойку, и молчание становилось все более пугающим. Бородка демолорда мелко подрагивала — он то ли сдерживал смех, то ли все сильнее злился.