— Думаю, его надо снять, — решил Снежок.

— Да! — часто закивала Вероника.

Снежок раздраженно ощупал наручник… наножник. Коты, в отличие от глупых псов, не носят ошейников, а если какой-то преступный человек все-таки пытается такой на кота надеть, они без труда освобождаются. Коты — гордые и мудрые существа, они могут выбраться из любой ловушки, кроме закрытого подвала.

— Сейчас будет немного больно, — сказал Снежок, направляя в ногу Вероники волшебную силу. — Мы самую малость вывихнем твои кости, а потом поставим на место. Закрой глаза.

Вероника сглотнула и зажмурилась. Ей стало страшно, но она верила Снежку.

— …Вот и все, — донеслось до нее.

Вероника облегченно открыла глаза, но тут ногу прорезала сильная боль. Девочка беззвучно открыла рот, на глазах выступили слезы…

— …Не, вот теперь точно все, — сказал Снежок.

И боль исчезла. Все еще со слезами на глазах Вероника покрутила ножкой… та двигалась так свободно, так приятно…

А Снежок отпихнул подальше корониевый браслет и сказал:

— Давай-ка призовем твоих родителей.

— Призываю маму и папу! — выкрикнула Вероника.

Она прислушалась… но ничего не случилось, ничего не произошло. Может, ее штука еще не вернулась?.. Может, браслет все еще слишком близко?.. Или надо начертить круг?.. с кругом всегда лучше…

Вероника провела на скрытой туманом земле черту своим игрушечным посохом, и запоздало сообразила, что посоха у нее не было. Раз он нашелся — штука вернулась. А значит…

— Мама, приди! — настойчиво повторила она.

Ничего. Никакой мамы.

— Астрид, приди! — попробовала она.

Туман разорвало воющей и шипящей девочкой с палкой наперевес. Астрид неслась куда-то, как оглашенная… и продолжала нестись даже после призыва, так что немножко врезалась в Веронику.

— Ежевичина мелкая, ты чо за кирню творишь?! — выкрикнула Астрид. — Где мама с папой?!

— Потерялись, — вздохнула Вероника.