— Я б лучше связную… — тихо проговорил Патлок. — Вот Альда Заноза так из себя нищенку изображает, что сам бы поверил.
— Она больше не в моём ведении. Теперь в шитьё ударилась, — пояснил Соггерт.
— Стал быть, Ваш Милсердие, для дела согласится ещё немножко безопасницей побыть. Уверен! Даже обидится, ежели не позовут! Она ж со всей душой к ри Ликкарту! Переживает, как за родного. Я с ней поговорю — быстро к вам проситься обратно прибежит!
— Хорошо, Болтун, говори. Альда очень опытная среди бандитов отираться — самое то будет, — кивнул в знак согласия Советник Безопасности. — Если решит, то пусть сразу ко мне за указаниями чешет.
Когда Патлок ушёл, Жанир, разлив по бокалам вино, поинтересовался у старого друга:
— Что там во дворце?
— Бардак. С виду, естественно, всё прилично, но ощущение, что все живут сами по себе. Ещё и Литария Ладомолиус со своей доченькой сумятицу вносят. Почти каждый день появляются под видом поиска Ликкарта — и ведь не отказать в таком, чтобы другие ридганы коситься не стали. Потом запираются с Тойбрелом в его кабинете и о чём-то там торгуются. Даже меня не зовут! Уверен, что у трона очень серьёзные перестановки будут не только среди Советников.
— А Ирисия? — спросил пример. — Раньше часто виделись, а теперь словно скрывается.
— Да, Жанир, именно скрывается. Почернела вся, себя грызя. Ещё и Сарния подлила земляного масла в пламя.
В начале этой рундины эканганда, видя, что подружка на неё никакого внимания не обращает — даже злости не выказывает, сама к ней подошла, гордость в одно место запихав. Подошла и предложила поговорить в её покоях. На что Сарния так ласковенько отвечает:
—