— Ты не можешь хотеть остаться с ней, — сказала императрица, скалясь Челси, которая хмуро смотрела в ответ, пока давилась. — Чья в это вина, по-твоему?

— Моя, — сказал твердо Сян, вставая на ноги. — И твоя.

Он огляделся среди разрушений, словно впервые это видел, хотя, наверное, так и было.

— Я это сделал, — прошептал он, голос дрожал. — Но ты меня толкнула, — он стиснул зубы и повернулся к матери. — Ты использовала меня.

— Да, — она подняла голову выше. — Ты — Цилинь. Ты существуешь ради блага Золотой Империи. Оружие против врагов, которые…

— Врагов? — завопил он, махнув на Фредрика. — Мой сын — враг? Или она? — он указал на малышку, которую императрица все еще сжимала в руках. — Как долго ты знала, что у меня есть дети?

— Как долго, мама?

Она вздохнула.

— Я заподозрила вскоре после того, как услышала, что Бетезда сделала две кладки за два года, но я ничего не знала точно до сегодня. Это правда, Сян, но не было бы важно, если бы я знала сначала. Я все равно не сказала бы тебе, потому что я знала, что ты это сделаешь.

Она махнула рукой на затопленную парковку, усеянную рухнувшей дорогой.

— Позволить такую катастрофу было бы позором для моего имени и твоего. Но это нужно было когда-нибудь сделать, и я решила, что это произойдет тут. Тогда пострадает Алгонквин. Ты должен быть благодарен за мою прозорливость.

— Я рад, — тихо сказал Сян. — Рад, что не было хуже. Рад, что я не… — он умолк, кривясь, а потом отвернулся от нее. — Иди домой.

Красные глаза императрицы расширились.

— Я не буду прогнана как…

— Пока я император, ты будешь тем, что я скажу, — прорычал он. — Иди домой, императрица. И оставь ребенка.

Она крепче сжала девочку. Она не успела ничего добавить, Челси выдохнула огонь на ладони, чтобы согреть их.

Магия вспыхнула, и девочка вскинула голову. Она стала вырываться, кусая императрицу детскими клыками, когда старая драконша не отпустила. Императрица выронила малышку с воплем боли, и девочка проехала по земле, а потом бросилась к Челси, впилась в ее тело руками и ногами, как обезьянка.

Судя по ее лицу, Челси была удивлена не меньше остальных. Джулиус мог лишь улыбаться.

— Думаю, дело в твоем огне, — он улыбнулся крохе, которая будто пыталась зарыться в грудную клетку Челси. — Ты кормила ее огнем шестьсот лет, каждый день. Конечно, она узнала этот огонь.

— Думаю, ты прав, — прошептала Челси, робко обвив рукой дракончика. Робость длилась лишь секунду, потом она сжалась, обвила малышку руками, всхлипнув. — Ты со мной, — прошептала она, целуя густые черные волосы ребенка снова и снова. — Все хорошо. Теперь ты в безопасности.