Очередная вспышка молнии осветила лицо Стража, и я увидела в его выражении столько боли, что сердце невольно сжалось от сострадания. О чём он мог думать? Воспоминания о прошлой жизни, о годах, проведённых в тёмном мире, о жене, о дочери и даже обо мне заставляли его тосковать, но не вызывали душераздирающего отчаянья, которое сейчас отражалось в воспалённых глазах.

Неужели он плакал?

Что могло заставить не знавшего жалости Стража лить слёзы?

— Что-то случилось? — снова спросила я, сев на постели.

Теперь и мне расхотелось спать.

— Нет, — слишком поспешно ответил Давид. — Просто бессонница…

— Иди ко мне, — вместо дальнейших расспросов позвала я, откинув край одеяла. — Мне холодно одной…

— В Аду не бывает холодно, — зло усмехнулся он, но всё-таки забрался на лежанку и крепко прижал к себе.

— А мне холодно! Мне всю жизнь было холодно без тебя, — прошептала я.

Я почувствовала, насколько хрупким и недолговечным являлось наше мимолётное, украденное у Судьбы и Высших Сил счастье. Настанет утро — и я уже не буду ни в чём уверена. Начнётся Битва — и оно может вдребезги разбиться о чей-нибудь меч. И ни сохранить, ни удержать его мы не могли, как бы ни старались и сколько бы сил ни приложили. Оно нам не принадлежало. Оно принадлежало лишь Свету и Тьме…

— Будь осторожна сегодня, — вдруг произнёс Давид, словно прочитав мои мысли. — Будь осторожна, как никогда.

— Конечно. Я же обещала… — напомнила я.

— Теперь многое изменилось. Мы снова вместе и потому… — он затих, не решившись произнести следующую фразу.

И я поняла, что зря недоговаривала.

Я высвободилась из его рук, села на постели и в свою очередь устремила взгляд к серому горизонту, который с такой задумчивостью и грустью рассматривал Страж. Так вот какие мысли занимали его разум в эту беспокойную ночь. Оказывается, в моём молчании не было никакого смысла, поскольку он обо всём знал…

— Ты тоже помнишь? — еле слышно спросила я. — Почему не сказал раньше?

— Наверное, потому же, почему и ты промолчала, — отозвался Давид. — Я надеялся, что Старец не показал тебе…

— Это было моим кошмаром ещё до того, как я побывала в прошлом.

— Моим тоже…

— Но Елиазар говорил, что ничего не предрешено! — попыталась я успокоить нас обоих, а у самой внутри всё застыло от страха. — Случившееся тогда не может… Не должно повториться снова! Сейчас другое время, другие люди, и всё должно быть по-другому!