Ключами оказались небольшие, раза в два меньше змеек, упругие зелëные капли. Всего их выпало девять, я поместил их в специальную чашу, та с громким чавком схлопнулась, на противоположной от входа стене появился проход с прямой дорожкой. Идти по ней было не обязательно, но никто не выходил за её пределы. Однако.

Третий зал снова оказался тëмным и мрачным. Больше всего это походило на склеп, им и являясь. Низкие каменные потолки, наклонные стены, земляной пол, массивные колонны, могилы с торчащими деталями, в том числе и максимально неподходящими под антураж, негаснущие зелëные свечи, дающие такой же некротический свет. Расположение могил и составляло лабиринт, причём ещё и сверху. Дорожка на этот раз состояла из коричневатых досочек и местами обрывалась, о чëм я и сообщил гномам и бехолдерам.

— Пройти и пролететь дальше по лабиринту можно лишь в том случае, если снизу окажется непрерывная дорожка, — начал я инструктаж. — Это значит, что кто-то сзади берëт досочки и достраивает ими проход впереди. Но работает это не на физическом уровне, пройти можно, но тогда не получится открыть дверь тем же способом, что и две предыдущих. Прошу это учитывать, особенно сверху.

Улутум вскрикнул, заполнив лабиринт звуками колокола. Привлекая моё внимание таким способом, особь послал образно-глагольное предложение о помощниках-бехолдерах для каждого гнома. На мой вопрос зачем, он послал новый поток образов об ускорении продвижения. Дескать перерыв в дорожке будет обязательно, раз я так утвердительно говорю об этом, а тут сразу будут готовые подносящие материала. Признав идею состоятельной, я попросил Улутума сразу привязать пары бехолдеров по гномам, а орденцев обозначить звуковые сигналы для остановки, необходимости досочек и безопасного продолжения пути, говорить ведь по-прежнему нельзя. Без разговоров это было сделано, понимание необходимости у всех присутствовало. Ну если олбед сказал надо — значит сделаем, а по факту разберëмся, нужно оно было и олбеда требуется сместить за глупость и глумление.

— И самое главное, суть этого лабиринта, — продолжил я инструктаж. — На могилах очень внимательно следует искать ослепительно белые иссохшиеся руки. Только ослепительно белые, никакие другие. В этом странном свете отличить от других их можно по блеску, никакие другие не блестят. Длиной они могут быть как только ладонью, так и до локтя, значения это не имеет. Их надо коснуться и идти дальше. Ничего другого касаться не надо, но рассматривать можно. Понятно?

— Да, лорд, — отозвался Зидад.