– Держись, приятель, - бормочу себе под нос, прекрасно понимая, что Лаки меня не слышит.

Хватаю лом, который он притащил с собой вместе с другими инструментами; пытаюсь использовать как рычаг, водрузив на кусок потолочной балки, которая шлепнулась на пол вместе с Тайлером. Черт бы побрал эту блок-дверь!

По лицу градом катится пот – система скафандра не справляется. Вот тебе и чудо техники – то же знакомое мне фуфло,только облегченное.

И ничего переборка не весит тонну, потому как медленно, но поддается. Скриплю зубами и давлю со всей силы – приподнимается.

По куску потолочного перекрытия, которое использую как точку опоры, начинают ползти тонкие трещины. Εсли оно не выдержит и осыплется в труху,то только что приподнятая переборка долбанет по Тайлеру с новой силой и тогда уж точно прикончит. Без паники, говоришь, «дядя Эш»?

Стоя на коленях, наваливаюсь на лом всем весом. Блок-дверь идет вверх, но задача – не отпускать рычаг и одновременно дергать на себя раненого, - дается мне нелегко. Ладно, если я сейчас сам подставлюсь, сдохнем тут вдвонм,и будет уже не так обидно.

Моя импровизированная точка опоры таки рассыпается на мелкие кусочки в тот момент, когда мне все же удается убрать Тайлера из-под переборки. Блок-дверь радостно падает на пол, наконец-то, встав на свое место.

Секунд десять валяюсь на полу там, куда рухнул. Лежал бы там и лежал…

Снова сцепляю зубы и поднимаюсь. Если помощь на подходе, встречайте, мать вашу.

Не знаю, сколько времени прошло. Субъективно – часа два. На самом деле – скорее всего,те самые две минуты еще не закончились, иначе Лаки бы уже задохнулся. Или уже?.. Стекло его шлема запотело, но снимать шлем сейчас нельзя – герметизации нет, кислорода нет.

Хорошо было бы взвалить раненого на плечо и бежать с ним к выходу, но кто знает, какие там внутренние повреждения? Решаю вообще его не поднимать, чтобы ничего не растрясти, а просто хватаю за руки и тащу за собой прямо по полу.

Пожалуй, зря вырубил связь, можно было бы попросить Риса открыть нам проход. С другой стороны, если он не идиот, то все это время следил за тем, что происходило на палубе, через камеру на моем шлеме.

Словно в ответ на мои мысли, переборка, отделяющая нас и жилую часть корабля, поднимается. Еще в процессе поднятия под нее, пригнувшись, проскальзывают двое в таких же скафандрах, как на нас с Тайлером, а заодно и с похoдными носилками на воздушной подушке. Должен признать, ориентируются ребята быстро: хватают раненого, освобождая меня от моей миссии и взваливая того на носилки; несутся назад. Ускоряюсь вместе с ними.