Переборка опускается на место. По громкой связи грохочет голос капитана, ведущего обратный отсчет, а затем объявляющего, что давление и баланс кислорода выравнены и можно снимать скафандры.

Медики суетятся над Лаки, снимают шлем, затeм прямо здесь, на носилках, срезают скафандр лазерными скальпелями. Работают быстро и слаженно.

Ладно, я все равно не медик. Поэтому сдираю с себя свой собственный шлем, бросаю под ноги, а сам сползаю спиной по стене на пол. Сердце ещё колотится, волосы и морда – мокрые. Хорошо мы сходили на «плевое» дело.

В коридоре появляется Морган; бросается к сыну, но ее просят не мешать.

Миранда послушно отходит, обхватив плечи руками. В мою сторону даже не смотрит – все ее внимание сейчас принадлежит Лаки. Увы, я тоже пока не в том состоянии, чтобы кого-то утешать.

В общем, сижу на полу и восстанавливаю дыхание.

Медики перестают суетиться, цепляют на Тайлера кислородную маску и уводят носилки из коридора. Морган уноcится с ними. Ко мне тоже подходит кто-то из медперсонала и спрашивает, не нужна ли помощь. Посылаю к черту.

Сейчас мне нужно поесть, поспать, а лучше выпить – я только что испытал самые долгие две минуты в своей жизни.

Мимо проходят ещё двое в скафандрах, на этот раз с чемоданчиком с инструментами. Видимо,идут герметизировать. Верно, у нас же час до «окна», нужнo все закончить.

Вот и пусть торопятся, а я ещё посижу.

Но моим планам не суждено сбыться, потому как перед моим носом появляется чья-то ладонь. Лениво перевожу взгляд: Рис.

– Отвали, а? - прошу, поморщившись.

– Вставай.

Нет, этот точно не отвалит – все ещё протягивает мне руку. Хватаюсь и встаю.

Рис смотрит мне в глаза так пристально и серьезно, будто хочет прожечь во мне дыру или признаться в любви – даже не знаю, что хуже.

– Спасибо, – выдает. - Век не забуду.

Угу, и его внуки тоже будут мне должны – долг чести, все дела.

– Отвали, - повторяю еще раз и плетусь в раздевалку.

***