Его броню покрыли трещины. Казалось, она сию секунду готова разорваться на части. Снова схватив Вика за шею и подняв его над пропастью, полковник произнёс:

— Мир не должен следовать за тобой, если ты хочешь умереть из-за своих ошибок. Но я последую. Я уже всё отдал ради тебя. Что же, если ты откроешь глаза, то это не такая большая цена.

Вик попытался дотянуться до полковника, но тщетно. Эймс грустно улыбнулся. Схватившись за Вика двумя руками, он шагнул вместе с ним в никуда.

Падая вниз, Вик кричал от боли и ярости, чувствуя, как доспех полковника сжигает тьму.

«Всё верно, — пронеслось в его голове. — Ведь золото усиливает свет. Особенно если его смешать с кровью».

21. Честь предателя

21. Честь предателя

«Жизнь должна быть искоренена, как и все следы её существования»

С возмущением захлопнув книгу, он воззрился на небо, сгоравшее в кровавом закате.

— Как впечатления? — раздалось за спиной. Насиф резко обернулся. Учитель выплыл из джунглей, словно призрак далёкого прошлого. Арстан дружелюбно улыбался, перебирая вдетые в седую гриву перья. Сегодня он обошёлся без боевого раскраса, из-за чего в багровой тоге, перевязанной кожаным поясом, больше походил на старейшину торгового клана, чем на шамана.

— Сил больше нет читать эту ересь, — признался Насиф, протягивая учителю ветхий томик, который штудировал почти две недели. — Ни за что не поверю, что это написал сам пророк. Похоже на искусно сделанную фальшивку.

— Это не ересь, а апокриф, — поправил ученика старый шаман. — Пусть жрецы этого не признают, но всё, что здесь написано — правда. Такая, которую никто не должен знать.

— Зачем вы мне это дали?

— Пророчество исполняется, — коротко ответил Арстан, заставив Насифа вскочить с насиженного камня.

— Сегодня? Здесь?!

— Почему, думаешь, я позвал тебя? Грядёт война. И то убежище инакомыслящих, которое ты построил на краю света, не выдержит. Его сметут с лица земли, даже не заметив.

Насиф схватился за голову. Он не стал достойным главой клана Фади. Он не изменил Союз. Всё, что он сумел сделать, так это собрать достаточно людей и увести их подальше от Караса, чтобы начать новую жизнь. Жизнь, свободную от каст и идиотских правил, придуманных выжившими из ума стариками. Он не завёл семьи, не наделал детей. Не оставил достойного наследства. Всё, чего он хотел — так это умереть от старости в окружении людей, которые доверили ему свои жизни. Ему хватало небольшого рая, который он построил.

И теперь всё это грозило сгореть в войне, развязанной мерзавцами, и так уже задушившими почти весь его мир.