Подъём показался Вику бесконечным. Он так жаждал этого момента. Он так боялся его. Впервые за всё это время он снова увидит сына. Попробует объяснить ему, что делал всё ради общего блага.

Джек стоял к нему спиной, смотря куда-то вдаль, держа козырьком ладонь. На подошедшего Вика он даже не обратил внимания.

— Здравствуй, Джек. Ты один? Где все твои новые прислужники?

Сын обернулся. Одет он был в простую белую рубашку и тёмные штаны. На ногах блестели армейские сапоги, которые ему на совершеннолетие подарил Вик.

Как давно это было.

От его ладоней исходил лёгкий свет. Не присмотришься — не заметишь. Увидев отца, Джек улыбнулся и хлопнул в ладоши:

— Всё-таки ты добрался. Не смущайся, что я один. Саргий отправился перехватить твоего друга, шамана. Не вовремя он сюда перенёсся. Я уже почти закончил с упаковкой твоего фальшивого царства, как он вмешался в процесс. Теперь придётся ждать, когда с ним разберутся. Зато мы можем спокойно поговорить друг с другом, ничего не утаивая. Чем больше ты тянешь, тем вероятнее, что я задушу всю эту заразу на корню — и твой Эдем так и останется задыхаться в Первом Городе.

— Рад, что ты настроен на разговоры.

— Саргий не дал бы нам поговорить, — хмыкнул Джек. — Кажется, он потерял остатки рассудка. В конце концов, ты убил его детей.

— Им не стоило во всё это вмешиваться.

— О, но ведь именно ты их во всё это втянул. Если бы не ты, Николас бы не выжил — и не повёл бы людей на запад. Жизнь Саргия не превратилась бы в вечные поиски Бога. Его дети не помешались бы на идее исполнить мечту отца и вернуть Освободителя. Я уж не говорю о Страже, который прилетел встречать иммигрантов. «Добро пожаловать в Первый Город, Сергей»? Серьёзно? Ты вёл их к этой миссии чуть ли не всю жизнь, а теперь жалуешься, что они не проявили свободы воли? У тебя больное чувство юмора.

— Может, ты и прав, — пожал плечами Вик. — А может ему слишком нравилось чувствовать себя избранным, чтобы выбрать обычную жизнь. Что дальше? Попытаешься остановить меня?

— Я уже это делаю.

— Ты ведь знаешь, что тьма всё равно придёт, — устало ответил Вик.

— Кто тебе это сказал? Процесс? Поэтому ты решил, что нужно уничтожить всё, на чём стояло наше общество? Покуситься на Бога?

— Он был всего лишь машиной. Как может искусственный интеллект, бездушный механизм, указывать живым, что им делать?

— А значит к машинам, к которым ты насильно припаял душу, ты претензий не имеешь, да? Пока ты не пришёл, люди себя прекрасно чувствовали под руководством Бога. Мир процветал. У нас было будущее.

— Процесс ведь не просто так влился в наш мир, — сказал Вик. — Бог вызвал его своими экспериментами.