«Скажу», – рассеянно говорю я.

…Воспоминание испаряется, стоит мне открыть глаза.

В комнате тихо. Дом так далеко…

Кровь Кассия засохла на моих руках, и они начали чесаться. Я мою их в раковине в углу, пока кран не сообщает, что я исчерпал дневную норму воды. Я нажимаю на кран еще раз. «Дневная норма превышена», – снова гудит он. Мои руки все еще красноватые. Я сажусь на спальный тюфяк и жду, сосредоточившись на медленном дыхании, пока не погружаюсь в дрему…

Просыпаюсь я от звука открывающейся двери, инстинктивно надеясь, что это Серафина. Хотя с чего бы?

На пороге стоит та розовая, Аурэ. Она нервничает, руки сцеплены, взгляд устремлен в пол. Под ногтями у нее кровь.

– Господин, – кланяется она, – меня послал Рыцарь Бури.

– Кассий жив?

Она шаркает подошвами серых шлепанцев.

– Он жив? Говори начистоту.

– Нет. – Ее взгляд на миг поднимается и встречается с моим. – Он скончался.

Целую минуту я молчу.

– Когда?

– Недавно. Я сожалею, господин.

Я медленно подхожу к окну. Снаружи тьма и холод.

– В какой момент? Я даже не почувствовал, что он ушел.

Это произошло, пока я спал. Грохот моего рушащегося мира заглушает голос женщины. Все должно было закончиться не так. Я думал, что спас его. Что у меня будет шанс показать ему его просчет. Шанс помочь ему осознать ошибку, которую он совершил, выбрав Дэрроу, и убедить его, что он все еще может творить добро. Все еще может нести мир. Отчего-то я думал, что наши жизни и дальше будут сплетены, и однажды он последует за мной, как я следовал за ним.

А вместо этого он ушел в пустоту.

И в свои последние мгновения думал, что я предал его и украл его искупление.

Я невесом в окружении этих камней, плаваю среди них и в то же время раздавлен тяжестью своего выбора и невыносимого вопроса, который задаю себе: а что, если бы я поступил иначе?