Она попятилась, а сестры-демоницы пожертвовали собой, чтобы задержать князя. Его шкура пузырилась и трескалась, слезала и падала, открывая мягкие и пульсирующие розовые мышцы, но он не сводил с нее взгляда.

Шемхарай почти схватил ее, обвив языком ее лодыжку. Но одна демоница успела поднять зазубренный меч убитого рыцаря ада и отсекла князю язык. Шемхарай с визгом отпрянул, разбрызгивая вокруг себя кровь.

Израненный князь запаниковал и впился когтями в прожженные кислотой раны в толстой шкуре. Он катался по полу и молотил руками, в ярости пожирая мелких демониц целиком. Но в конце концов он упал, демоницы оторвали ему одну ногу и пожирали его живьем. Демоница с мечом воткнула клинок в раздутое брюхо, пригвоздив герцога к полу собственного замка.

Черная Герран подняла упавший нож и приблизилась к князю. Она воткнула клинок в толстое тело и попыталась распороть его от шеи до паха, но плоть демона оказалась слишком крепкой. Рыцари ада пришли ей на помощь, рассекли кости и сухожилия, обнажив пульсирующее сердце подвывающего герцога.

Она вырезала сердце и триумфально подняла, а затем погрузила в него зубы.

Князь Шемхарай задрожал и поднял к ней трясущуюся руку.

– Прошу тебя… Обещаю…

Она оторвала кусок прочной мышцы и начала жевать. В ее горло полилась черная жижа. Его кровь обожгла гортань, как хорошее виски, проникая в самую душу. В желудке жар стал нарастать как в горниле. Несмотря на чудовищную боль, она кусала и рвала сердце. С каждым глотком в нее вливалась сила Шемхарая, хотя она могла справиться с ним и сама. Она и не заметила, как он затих.

Она опустилась на колени, и ее тело начало меняться: кожа потемнела и отвердела, пальцы и ногти удлинились, превратившись в жуткие когти, короткие седые волосы отросли в темную как ночь шелковистую гриву. Человеческая душа стала душой демона, которую могут сдержать лишь самая сильная воля и заклинания. Наконец ей удалось победить в величайшей игре царств, богов и властителей. Покорение Эссорана по сравнению с этим – сущий пустяк.

Новая княгиня Хеллрата поднялась на когтистых лапах и откинула волосы назад, на твердые шипы хребта. Она обвела горящим взглядом всех собравшихся в тронном зале. И все они преклонились перед ней.

Она повернулась к демоницам-теням, своим темным сестрам.

– Приведите моих смертных родных. И побыстрее.

Она молча ждала их возвращения, и за эти часы никто не посмел открыть рот или шевельнуть пальцем.

Наконец демоницы вернулись из пещер Сумеречных земель Хеллрата, просочились сквозь стены и стеклись у ее ног. Из тени высунулась человеческая рука, а за ней показалась голова ее дочери Хелины. Та осмотрела тронный зал и остановила взгляд на существе, которое когда-то было ее матерью. Через несколько секунд она ее узнала. А потом вздохнула и вышла из тени, протянула руку и вытащила оттуда сыновей. Тристан и Эдмонд встали рядом с ней, с разинутыми ртами взирая на бабушку и толпу демонов.