Под впечатляющей крышей, перед не менее эффектной стеклянной стеной, за которой открывался вид на верфи, стоял сам великий князь. При моем появлении Сириани Дораяика даже не обернулся, продолжая разглядывать свои владения, сложа руки за спиной. Рядом стояли его генералы, Вати и крылатое Ауламн. Хушансы и Теяну не было видно.

– Yelnna, tanyr-do, – произнес Пророк, жестом приглашая встать рядом. – Подойди. Скоро взлет. Я хочу, чтобы ты, как ученый, это видел.

Стражники подвели меня по ступенькам к Пророку. Здесь не было даже подобия трона. Помост был гол и украшен лишь узором из глифов. Прочитать их я не смог.

– Ennallaa o-ajun, – махнул рукой Сириани, отзывая стражников.

Они преклонили колени и сползли вниз по лестнице, оставив меня с Пророком и двумя его святыми рабами.

– Знаешь, где мы? – в тишине спросил Сириани Дораяика.

– Эуэ, – ответил я.

Сириани зашипел, а химеры издали тихий гул, больше механический, нежели органический.

– Понятно… – Князь покосился на Северин, и та вместе со спутниками разом упали на колени. – Знаешь, что это означает?

– Что? – растерянно спросил я.

Несмотря на цепи, которыми я был скован, в своем доспехе я вновь чувствовал себя человеком и не ежился перед Великим, как во время наших прежних встреч.

– Это планета, – сказал я, – куда Элу привел ваших предков, когда Се Ваттаю была разрушена.

– Tuka qisaban! – рявкнул крылатый генерал Ауламн, сверкнув красными глазами.

Сириани поднял украшенную кольцами когтистую руку, затыкая своего раба:

– Не Элу забрал наш народ из Се Ваттаю. Мы сьельсины. На древнем языке – Kielukishunna. «Несомые богами». Можно даже сказать «рожденные богами».

– Они увезли вас с планеты? Наблюдатели? – я удивленно моргнул, наконец сообразив.