– Миуданар, Сновидец, научил Элу строить корабли, – пояснил Великий, оскалив зубы. – Он показал ему, как изготавливать палубы и разделять атом. Как пересечь Тьму и привести наш народ сюда. – Князь протянул руку, как бы почесав поверхность зеленой планеты.

Эуэ. Дар.

Разве я не задумывался многократно о том, как столь воинственный и примитивный народ вдруг открыл у себя талант звездоплавателей?

Наше судно с металлическим лязгом покачнулось, и Вати повернуло голову, прислушиваясь. Я невольно проследил взглядом очертания ржавых вершин и мшистых болот на поверхности Эуэ. Я не заметил ни рек, ни городов, ни каких-либо признаков цивилизации или индустрии. К нам была обращена дневная сторона планеты, и если где-то и горели огни, то сейчас они были невидимы. Множество крошечных лун процессией двигались вокруг Эуэ, подобно логофетам из свиты лорда.

– Значит, вас всему научили ваши боги… Наблюдатели? – произнес я, не отрывая глаз от планеты.

– Cara, – поправил Сириани. – Многому. Кое-что мы нашли уже в Актеруму.

Я нахмурился, перевел взгляд на своего демонического хозяина и покосился на лестницу, внизу которой среди колонн и стражников дожидалась Северин.

– Актеруму… Доктор говорила, что это город.

– Это действительно город, – подтвердил Великий. – Древнейший город.

– Насколько древний?

Я вдруг сообразил, что не знаю, насколько древняя вообще вся сьельсинская цивилизация. Это была одна из главных загадок их народа. На Форуме и позднее на Нессе я читал работы схоластов и ученых-любителей об артефактах, собранных на кораблях-мирах, которые были захвачены в ходе сражений. В некоторых исследованиях мы с Валкой участвовали лично – в те времена, когда Валка еще рьяно пыталась понять связь между сьельсинами и Тихими. Малые суда были построены, судя по материалам, пять-шесть тысяч лет назад, но отдельные реликвии – в частности, чаши, каменные скульптуры и таблички с ударитани, – по мнению экспертов, могли быть старше в четыре или даже пять раз. Это означало, что они были изготовлены еще до Золотого века Земли.

Наконец Пророк отвлекся от созерцания своей священной планеты и посмотрел на меня. Прозрачные мембраны поверх его чернильных глаз то открывались, то закрывались. Серебряные цепочки, протянутые над костистой головой, всколыхнулись, когда он наклонил голову и принял почти назидательную позу, как схоласт перед нерадивым учеником.

– Он был древним еще во времена Элу, – ответил Пророк.

– Древним во… – недоуменно заморгал я. – Что?

– Aeta-Shiomu, все готово, – перебил нас высокий, холодный, режущий слух голос генерала-вайядана Вати. При обращении оно использовало сьельсинский титул, означающий «вождь-пророк».