Валка как будто не обратила внимания на мои слова.

– Что он сегодня читает? – кивнула она в направлении Гибсона и поудобнее устроилась на низкой тахте рядом со мной.

Ночами становилось все холоднее, но она была теплой, а веранда дома Имры обогревалась с помощью высокой серебристой колонки. Я предполагал, что раньше здесь жила Сиран и что они с ее рыбаком несколько сот лет назад так же сидели на том же месте, где мы с Валкой.

– «Одиссея» Гомера, – ответил я, прижимаясь к Валке и обнимая ее. – Дает детям классическое образование. – Я невольно улыбнулся. – Он и мне это в детстве читал. Заставлял учить наизусть.

– Это многое объясняет, – заметила Валка и глотнула вина.

Я в шутку шлепнул ее, и она рассмеялась:

– Но я эту книгу не знаю.

Перед ответом я еще немного послушал Гибсона.

– Главный герой – воин, царь – не может вернуться домой. Он одержал великую победу, но разгневал богов… и за это был обречен на вечные скитания. – Я взял паузу и глотнул вина, скривившись от вкуса. – Дома его ждет сын, и за время отсутствия появилось множество претендентов как на трон, так и на руку его жены.

Я заметил, как Валка поморщилась, и прекрасно понял почему. Меня самого дважды назначали женихом без моего желания. Сначала Балиан Матаро для Анаис, затем император для Селены.

– И получилось у него попасть домой? – спросила Валка.

– Получилось. – Я поставил кубок на стол. – Но его дом уже не был прежним. Как и он сам.

Я вкратце пересказал, как отважный Одиссей с помощью сына вернулся домой, убил ухажеров жены, натворил прочих бед на родине, пока наконец не помирился с Пенелопой.

– Думаю, в некотором смысле вернуться домой невозможно. Потому что даже родина меняется, – сказал я.

Гибсон продолжал декламировать, раскинув руки. Он дошел до сцены, где Телемах упрекает людей за то, что те не прогнали женихов из дома его отца, и, не найдя понимания, снаряжает корабль в Пилос, чтобы узнать о местонахождении своего отца, Одиссея. Дети теснились все ближе, настороженно слушая схоласта. Гибсон декламировал раскатистым голосом, гораздо громче обычного, как будто помолодел на несколько сот лет. Он был похож на отца, читающего книгу своим детям.

– Он умеет находить общий язык с детьми, – заметила Валка, придвигаясь ближе и прижимаясь ко мне головой.

– Всегда умел, – ответил я, гладя пальцами ее волосы.

– Удивительно, – тихо произнесла она. – Почти все эти дети – потомки Сиран в пятом или шестом поколении. Невероятно, какое наследие может оставить один человек. – Она еще сильнее прижалась ко мне. – Поневоле задумаешься о своих детях.