Точно! У меня же ещё стрелка с обаяшкой головорезом и его нездоровым интересом к хай-тек белью. Я колебался, едва не предложив провести обмен после операции на Кибере, но мне тут же стало стыдно за такие мысли. Бедняга наверняка страдал в плену. Даром что сигналил раз в сутки, мол — жив пока, питаюсь преимущественно пастой и равиоли.

— Да… — я тяжело вздохнул и взял Лию за руку: — Готова навестить прежнего хозяина?

— Запросто! — усмехнулась наложница. — Главное, чтобы он был готов!

Я изумился:

— Ты его не боишься?

— Я знаю его уязвимое место…

— Хе! Хотел бы и я знать… Очень пригодилось бы в тот раз.

— Не думаю. Ну, так что, когда пойдём?

В разговор вмешалась Сифри:

— Нет уж, одних я вас не отпущу! Хочу тоже поприсутствовать. К тому же у меня пушка.

— О. Пушка, это хорошо… Окей, обеспечишь прикрытие…

— Не так быстро! — проскрипел мастер Вафу, — А убирать кто будет?

Он указал на вымокшие циновки и разбросанные повсюду чашки.

— Тряпки в руки и вперёд! Чтобы всё блестело!

Нанобот гаденько закихикал.

— Тебя это тоже касается, недоросль! — рявкнул на него Вафу. — Ну-ка живо за уборку, все! Времени вам — до рассвета! Скоро покупатели приплывут!

Совместными усилиями мы быстро привели шатёр в благопристойный вид. Отчистили полы и коврики, освободили стол, а Вафу сосредоточенно расставлял на витрине и стеллажах разнообразные пахучие и смердящие товары. Снаружи и впрямь уже светало, но свинцовые тучи застлали небо до самого горизонта, и темень стояла почти ночная. Но пресловутых покупателей это не остановило, они действительно приплыли. К шатру прибывали узкие лодочки и хлипкие плоты из синтетического бамбука. Местная публика ломилась в лавку с туманным названием «Старый воин», чтобы приобрести немного пряностей и тому подобной экзотической дряни. Вафу вытолкал нашу разношёрстую компанию на другую половину шатра и, рассыпаясь в любезностях с клиентами, изображал того самого старого воина в простреленной военной форме.

Комната акупунктуры превратилась в водохранилище. Бочки, вёдра и канистры с водой стояли повсюду, и зачастую друг на дружке в виде не очень прочной пирамиды. В уголке, замотавшись в несколько одеял и свернувших калачиком, дремал долговязый интендант собственной персоной. Или делал вид, что спит. За ширмой шла бойкая торговля, убийственные запахи постепенно проникали и сюда.

— Ну что, теперь-то мы можем свалить? — спросил Нанбот, поглядывая на Вафу в щёлочку. — Меня уже бесит это место, эти душные разговоры и этот противный стари…. Кха!

Он согнулся, зайдясь в остром приступе кашля. Зоркий глаз похлопал его по спине и посоветовал не говорить о мастере дурно, особенно в его непосредственном присутствии. Лоуренс выглянул на улицу и сказал, что мы сможем выйти через задний ход. Так мы и поступили, стараясь не шуметь.