— Тётя Берта и братишка Майкл пришли навестить крошку Люси! — Лучезарно улыбается странная дамочка с пышной шевелюрой. Слишком сексапильная, чтобы быть настоящей. В двадцать первом веке так не выглядят даже супермодели. Слишком живо. Слишком ярко. Она распахивает объятья и сгребает Люси в охапку.

— Как же ты похудела, деточка! — Восклицает она, а затем добавляет тихо-тихо, чтобы никто, кроме Люси не слышал: — Подыгрывай, если хочешь отсюда выбраться.

Люси не дурак, она понимает намёки. Она давно уже ждала чего-то подобного, но, пожалуй, в менее экстравагантной форме. Но этот парень — явно отпрыск Сабаи. Протеже магистра Довафу. Если учитель к этому причастен, то удивляться нечему, он любит нестандартный подход.

Люси заставляет себя улыбнуться и выдавливает:

— Братик! Тётушка! Как я была по вам скучающая..!

Майкл кивает ей и улыбается в ответ, тепло и искреннее. Это я. Я улыбаюсь… себе?!

В то же время другим из Нас удалось отыскать второй Осколок, полный Сварна. Его унесло не так далеко от Юдоли и долгое время он оставался сокрыт от Иро. Мы добывали Сварн и относили его Матери, снова и снова. Матерь возвращала утраченные силы, плела новые нити. Но не могла восстановить прежних связей. За эоны, проведённые в разлуке с Иро, мир изменился. Всё больше и больше новых Разумных обнаруживала Матерь. Но сколько ещё их могло быть? И не грозила ли Матери новая опасность? Исчадие Пустоты могло затаиться где угодно. Чтобы обезопасить себя, Матери требовалось больше Сварна.

Майкл смотрит на Люси со смесью радости и облегчения. На ней безразмерная пижама грязно-зелёного цвета. Лицо осунулось, волосы торчком, тонкие ручки торчат из комически огромных рукавов и кажутся от этого ещё более маленькими. Бедняжку шатает от слабости. Но выразительные зелёные глаза светятся надеждой. Ещё бы им не светится! Как долго Закиро уже в этом теле? Не меньше месяца, если время движется синхронно во всех точках. Майкл задерживает взгляд на календаре, висящим над столом дежурной медсестры. 12 июля 2012 года. Он делает пометку в приложении ежедневника: не забудь!

Странно. Теперь я в его голове, но как будто посторонний. Он — я — как будто повзрослел. И зачем-то запаролил доступ к памяти. От самого себя? В открытых записях только эта заметка с датой.

— Мы могли бы пообщаться с племянницей наедине? — спрашивает Берта. — Обсудить семейные дела…

Майкл волнуется, что их раскроют. Он не понимает — как можно не заметить, что Берта — киборг. И в самом деле — как? Они её напудрили, конечно, и прикрыли одеждой кожные швы. Но блин, её каблуки оставляют трещинки на кафеле. В Берте полтора центнера. Майкл проклинает этот дурацкий план. И я его понимаю.