— Что с ним? — полушёпотом спросила Сталь.

Её начинало слепить поднимающееся солнце, и она сложила ладони козырьком.

— Удар мог повредить модуль памяти, — напряжённо отозвался Хидден.

Горгона догнал Корнета у самого силового поля. Догнал, вцепился ему в спину и с силой крутанул, отбрасывая назад. Корнет несколько раз перевернулся в воздухе, и, дезориентировавшись, полетел в обратную сторону.

— Не туда! — крикнул Хидден, и грифон, не сбавляя скорости, развернулся и врезался в настигающего его Горгону.

От неожиданного и сильного удара он разжал лапы и выпустил Сагу. Горгона рыбкой нырнул за ней и, подхватив, потащил в сторону оседающей Каланчи. Унн-Уран встретил его, налетев сверху, облепил лапами его морду и принялся долбить клювом в темя. Грифоны сцепились над крышей дома Хиддена; Унн-Уран наседал, Горгона терял высоту.

Подоспевший Корнет вцепился в спину противнику, попытался зажать ему крылья, и это у него почти получилось: Горгона начал падать, таща за собой впившихся в него Корнета и Унн-Урана. Он не мог защищаться с Сагой в лапах и выпустил её невысоко над крышей. Освободившимися лапами Горгона скинул с себя Унн-Урана и рывком высвободил крылья, спихнув с них Корнета, но тот удержался, намертво вцепившись всеми когтями ему в зад.

Отброшенный в сторону Унн-Уран заложил вираж, пытаясь выровнять неуклюжий полёт, и, вернувшись к крыше, схватил Сагу.

Тем временем Горгона безуспешно пытался избавиться от повисшего на нём Корнета, но тот держался настолько крепко, что Горгоне не помогали никакие кульбиты.

Унн-Уран с Сагой в лапах неотвратимо приближался к силовому полю. Он летел медленно и неловко — не летел даже, — ковылял, но Корнет давал ему хорошую фору, пусть и из последних сил. Горгона оглянулся на неумолимо удаляющегося противника и, резко сбросив высоту, устремился к крышам. Лихо лавируя, грифон с размаху сшибал углы домов вцепившимся в него Корнетом, пытаясь сбить его с себя. Визжало железо. Летели искры и куски бетона. Маховые перья Корнетовых крыльев не выдержали очередного мощного удара и покорёжились, но когтей он не разжал. Унн-Уран почти достиг цели…

Ещё один удар, и брызги камней, и лязг, и искры. Крылья Корнета окончательно смялись — словно были сделаны из фольги, и уже не могли поддерживать тело в воздухе. И Корнет камнем рухнул вниз, увлекая за собой отчаянно пытавшегося освободиться Горгону, крылья которого не могли удержать в полёте двоих.

— Уходим! — заорал Хидден.

Но они не успели.

Горгона сделал последний рывок, заложив немыслимую петлю, и на огромной скорости вылетел прямо на них. В страшном лязге и скрежете, в снопе искр сцепившиеся грифоны пропахали тротуар. Железо их тел корёжилось, перья — ломались, разлетаясь острыми осколками. Хиддена отшвырнуло в сторону. Сталь зацепило и проволокло под комом смятых грифоньих тел.