— Син? — вопросительно приподнял брови Глава, увидев, как он усаживается за стол для завтрака, пряча покрытые красными пятнами руки в рукавах.

Господин Нейер единственный из всех обращался к нему именно и только так — Син. Госпожа звала — ученик, невежда или Костоакис. Слуги и мозгоед — молодой господин.

— Ученик вчера сварил свое специальное зелье собственноручно, — пояснила госпожа Эло, проведя пальцем по коже запястья. — Но… не учел температуру, не пересчитал формулу и… передержал.

Коста понуро кивнул и почесался.

Он действительно вчера варил сам под чутким руководством госпожи, которая сообщила, что он — ошибся, но не тогда, когда он закончил, а когда уже выпил. Сказав, что нет ничего лучше наглядного урока на собственном опыте для закрепления ошибок.

Утром он покрылся красными и коричневыми пятнами, которые дико чесались и уже начали шелушиться. И расчесывать их ему запретили.

— Мама!

— Что — мама? Сегодня на уроке, если ты соизволишь на этот раз, отпустить его вовремя, Нейер, и он не опоздает на мои занятия, мы будем варить зелье для устранения последствий вчерашнего зелья…

Мозгоед хрюкнул в усы.

— И я уверена, сегодня Костоакис будет очень, очень стараться… не так ли Костакис? Салфетка должна лежать на коленях идеально ровно!

Коста понуро кивнул и послушно расправил салфетку, украдкой почесав запястье.

— Вносите! — взмахнула госпожа Эло — служанкам.

Коста моргнул, когда перед ним поставили три совершенно одинаковых блюда с кашей. Рассыпчатой, исходящей паром.

А перед всеми остальными стояли пустые тарелки.

— Твой завтрак, — нежно улыбнулась госпожа Эло. — Выбирай внимательно. Одно блюдо — совершенно обычная каша, в два других добавлены слабые дозировки ядов.

— Мама!!!

— Противоядие у меня с собой… — госпожа Эло постучала по карману, в котором звонко стукнулось стекло.