Коста стоял, сцепив руки сзади, и опустив голову. Перед ним в кресле сидел Глава Фу, за спиной которого стоял очень довольный мозгоед. Коста давно заметил, что у сраного менталиста нездоровая тяга к разносам.

— Ещё раз, — очень спокойно попросил Нейер. — Поясни. Ты потратил один феникс в лавке на аванс — это понятно. Далее, у тебя остался пять золотых, и вместо того, чтобы купить что-то полезное, ты вкладываешь деньги в покупку рабов?

Коста опустил голову ещё ниже.

— Рабов, которых поймали на воровстве. Пустых. У них нет ни силы, ни навыков, которые можно использовать. Для которых милосердие попасть в клеть и иметь возможность отработать преступление вместо казни? Насколько эта покупка полезна для клана? Насколько эта покупка полезна для тебя?

Коста упрямо молчал, продолжая рассматривать носы своих сандалий.

— Я отвечу за тебя — ни насколько. Совершенно бесполезное вложение денег.

— Это мои золотые, — буркнул Коста, не поднимая глаз. — Мои.

— А ты — мой Наследник, — немного повысил голос Нейер. — Твои решения — твоя репутация — решения и репутация клана Фу. И хорошо, после того, как ты совершил эту невыгодную покупку, ты делаешь, что? Отпускаешь рабов, дав им «вольную», — Нейер бросил колкий взгляд за спину Косты, на стоящего в дверях совершенно невозмутимого Хаади.

— Я заработал эти фениксы, — Коста наконец поднял голову. — Не украл, не занял. Заработал. И вложил так, как счел нужным, — добавил он упрямо. — Я хочу выкупать рабов.

— Рабов. Выкупать, — медленно повторил Нейер и обернулся, бросил быстрый взгляд на Дэя, стоящего сзади. — Он. Хочет. Выкупать… рабов.

— Да, — Коста упрямо наклонил голову. — Выкупать. Хотя бы мальчиков, хотя бы тех, кому, тех из кого…хотят сделать евнухов, — закончил он тихо.

Взгляды Нейера и Косты встретились, и разделенное ранее воспоминание вспыхнуло осознанием в глазах старшего Фу. Он наконец понимающе и немного грустно улыбнулся:

— Ты не сможешь изменить этот мир, Син. Он такой, какой есть, — тщательно подбирая слова медленно проговорил Нейер. — Ты не сможешь спасти всех…

— Значит, не спасать вообще никого? — Коста неосознанно переместил весь на правую ногу, перемещаясь в стоку «атаки», которую не раз отрабатывал сним на тренировках Хаади, и сжал руки в кулаки. — Никого? Вообще?

— Ты не сможешь…

— Смогу, — угрюмо парировал Коста. — Уже смог. Сегодня мне хватило только на четырех. Через десять декад хватит на пятерых. Через пару зим их будет десять.

— Мир такой, какой есть…

— Я не согласен с тем, что этот мир — такой, — прошипел Коста агрессивно. — Не. Согласен.