— Госпожа… тут есть одна служанка… она хочет говорить…говорит это очень срочно… но отказывается говорить с кем-то, кроме вас… и я думаю…вам стоит ее выслушать…

— Из кухонных?

— Нет, госпожа. Верхние покои.

— Слуги собраны?

— Почти все, госпожа.

— Хорошо. Веди ее в кабинет.

Драгоценные мгновения истекали. Таяли, как песчинки в часах. Ей нужно успеть взять кровь на анализ, и понять чем именно отравили… время, время, время! Стазис можно держать не более шестидесяти мгновений…

Эло размяла пальцы, пробуя плетения — грозовое облако силы полыхнуло и погасло. Служанка молча глотала слезы уже два драгоценных мгновения, стоя перед ней на коленях.

— У меня совершенно нет времени, или говори — или из тебя всё вытащат и так…

— Я не виновата, госпожа! Я ничего не делала! Я не хотела! И ничего не нарушала… Вы сказали убери мусор… я думала сжечь… А она увидела и забрала… Я не причем, и не хотела утаивать, просто господин рисует так красиво и… а она забрала… они у нее…

— Тихо. — Припечатала Эло властно, и потерла виски. — Что у нее. Что?

— Рисунки господина.

— Ещё рисунки?

— Она не отдала, я знаю, а она забрала… я видела… те, что сдавали, там нет Хасси, а там были — господин рисовал…а раз нет, значит, она не отдала, значит она…

— Кто — она? — Рявкнула Эло, стремительно теряя последние крохи терпения.

— Кухарка Зельда.

Она была готова немедленно приложить плетениями тупую служанку, но услышав «кухарка» — остановилась.