Одежда противника вспыхнула, а плоть начала стекать, словно раскаленная пластмасса. Но казалось, жрец даже не замечает повреждений. Голова с пустыми глазницами повернулась в сторону Игната.

Хаосит содрогнулся, ощутив на себе внимание чего-то чуждого и мощного. Захотелось действовать максимально быстро и эффективно, ударив сильнейшим оружием — первостихией, но он вовремя опомнился. Паладин Хаоса обладал хорошей защитой от ментальных воздействий и устрашений.

Пару мгновений назад обычный пожилой человек, а сейчас уродливый монстр рванул на Игната. Подпускать к себе его очень не хотелось.

Вспомнив об уязвимости врага, Игнат торопливо обратился к аспекту огня. На пути священника ярко вспыхнула воронка пламени. Превратившись в настоящий крематорий, оно мгновенно взялось за монстра.

Туманная энергия пыталась сопротивляться, но безрезультатно. За секунду тело было иссушено, а потом и вовсе обратилось в пепел. От жреца не осталось ничего. Зал погрузился в мертвящую тишину.

«Это все?» — задался вопросом напряженный до предела Игнат, уже приготовившийся было выложиться до последнего. Он ожидал, что враг преподнесет еще какой-то сюрприз, но пришедшая волна энергии подтвердила победу. Это заставило испытать облегчение. Хоть и на мгновение, но служитель бога вызвал серьезное беспокойство.

Игнат быстро осмотрел зал. Гладиаторы Пастыря уже заканчивали с жрецами. То ли те плохо верили в бога, то ли божественная защита полагалась только церковной элите, но умирали они, как простые смертные.

Пастырь обнаружился у Алтаря. Легким ударом он взломал крышку, желая достать главную цель вылазки. Однако внезапно его что-то остановило. Игнат ощутил, как от ксеноса повеяло озадаченностью.

Пастырь быстро поднял голову и нашел взглядом одного из выживших жрецов. Переместившись к нему, он резко оттянул голову человека за волосы и взглянул в глаза. Мужчина вздрогнул и забился, пытаясь вывернуться.

«Пастырь допрашивает его через ментальную связь», — понял Игнат.

Ускорившись, он сам быстро оказался у алтаря и заглянул внутрь. Хаосит не очень разбирался во всем «божественном», но здесь легко было понять, что не понравилось ксеносу. Алтарь пустовал.

«Пастырь ошибся?», — Игнат был удивлен таким исходом.

Он поднял голову и встретил тяжелый взгляд ксеноса. Тот уже закончил ментальный допрос мелкого жреца и теперь ощутимо фонил недовольством.

«Должен признаться, я слишком поверил в свои способности выслеживания, — с горечью отметил Пастырь. — Несмотря на очень подробное расследование и подготовку, я ошибся».